– Что? Нет… Нет, – схватившись за голову и окончательно пав духом, твердила уже я. – Этого не должно быть! Не должно!
– Что с тобой, девочка? – кинувшись ко мне и уже заботливо обняв меня за плечи, спросила она. – Почему, ты не хочешь, что бы этот, как его там, Макс Э… приезжал сюда?
– Этого не должно быть. Не должно, – всё ещё продолжала твердить я, словно обезумев, и разволновалась в этот момент настолько сильно, что меня охватила какая-то непонятная мне сильная дрожь, казалось, меня начало трясти, а в глазах застыли слёзы.
– Господи, что же это такое? Ну, успокойся. Успокойся, детка. Что же с тобой происходит? Тебя всю трясёт. Ты не на шутку разволновалась, будь оно неладно. Что же он сделал такого, что ты так не хочешь его видеть? Что?
– Я… не могу этого сказать.…Не могу. Извините, мне лучше побыть одной, – сказала я, после чего молча ушла к себе в комнату."
"Я долгое время не могла уснуть, мучительно и нервно думая о том, что рассказала мне Эмма. Мой возбуждённый мозг и встревоженные чувства, казалось, были накалены до предела.
Всё это время я пыталась понять, зачем Макс хочет явиться сюда. Иногда сквозь эти воспалённые мысли меня снова начинали охватывать противоречивые чувства, а что если мой внезапный отъезд вызвал лишние расспросы и домыслы у крёстной и Марии, и он, чтобы хоть как-то оправдать всё это, решил найти меня, но лишь для того чтобы избежать новых расспросов. Вернувшись же, я буду вынуждена снова терпеть его унижения и насмешки Вероники. Тем более то, что я увидела в последний раз, даёт мне право предполагать, что они действительно скоро поженятся.
Тогда, что ещё убийственнее он задумал для меня? Видеть их всё время вместе? Более жестокого и злого наказания не придумать. «За что он так со мной? За что?» – твердила я, а ближе к вечеру у меня началась истерика. Я долго не могла успокоиться и отрицала всё, что приходило мне в голову, а уже ночью моё воспалённое воображение сыграло со мной злую шутку. Мне приснился сон, который окончательно сломил мою волю.
Мне снилось, что я одна среди глубокой тихой ночи бегу по широкой длинной дороге, усыпанной большими камнями-булыжниками. Спотыкаясь о них, я падала, затем снова вставала и бежала, бежала… в никуда… Силы мои были на исходе, когда я снова упала на камни, потому что вымоталась до предела и подняться больше уже не могла. Но тут я услышала издалека, словно с небес, знакомый мне голос:
– Вернись… Вернись.
– Нет… Нет, – отвечала я.
