На краю неба

— Павлик, ну что? — чуть раздраженно спросила Катя. — Не принимаю я цветы, сколько раз говорить. Отошли этого курьера с его букетом. Что на карточке написано? Отошли, я цветы и подарки не принимаю. Всех вон! — Вернула телефон и поставила на стол чашки с чаем.

— Восьмое марта уже давно прошло, а ты все букеты получаешь.

— Задолбали они меня со своими букетами, — проворчала Катерина и устроилась за барной стойкой, плотнее запахнув полы теплого халата.

— Как это задолбали? Женщины без цветов жить не могут.

— Представь, папуля, это не про меня.

Я прекрасно живу и дальше жить буду. К тому же, это не мне цветы, а тебе.

— Я тут причем?

— Ты что не понимаешь? Цветы-то не на мой адрес присылаются, а сюда. Чтобы ты поклонника заметил и оценил, так сказать, по достоинству, по размеру букета, — усмехнулась.

— А может там чувства, нет? Может ты им или ему действительно нравишься. Разве не может такого быть?

— Может. Но твои денежки, папенька, им нравятся гораздо больше.

— Это зря.

— Конечно. Мне как восемнадцать стукнуло, все с катушек послетали.

Местное высшее общество интересует теперь только один вопрос: сколько ты мне отписал.

— Много.

— Вот. Никто ж в этом не сомневается. Я ж золотой ключик к решению всех проблем. Папочка меня не бросит, Ванечка не оставит. Ты совсем, я смотрю, бдительность потерял. Цветы, цветы… А вдруг там на цветулях споры сибирской язвы?

— Ну, это вряд ли, — засмеялся отец. — Вдруг это от Димы, а ты отослала.

— Нет. Во-первых, Дима никогда не пришлет мне цветы с курьером, я ему запретила.

Ненавижу это. Во-вторых… Дима не пришлет мне цветы с курьером, иначе я его придушу. Когда он вернется.

— Принципиальная, — в серых глазах отца мелькнула усмешка.

— Конечно. Дима у меня тоже принципиальный. Сказал, вот не лягу у твоих ног я как собака, и все тут.

— Точно принципиальный, — еще больше развеселился Шаурин.

— Ну, я-то тоже не лягу.

— Не дай бог, — шутливый тон сменился твердостью. — Я не для того тебя растил и воспитывал, чтобы ты у каких-то мужиков в ногах валялась.

Даже у таких, как Крапивин.

— Не переживай, папуля. Это не про меня.

— Ты ничего не рассказываешь, что там у вас происходит.

— Нечего рассказывать. Ничего у нас не происходит, папа.

— Так не бывает."

"— А у нас бывает. Что у нас может происходить, если я тут, а он там? — недовольно скривилась. — Я согласна хоть десять лет с ним тусить, если буду знать, что в итоге мы придем к конкретному решению. Мне трудно выдерживать его сомнения. У меня же их нет.