Официально Антона перевели на заочное обучение.
– Как знать, – отвечал он. И снял с моей руки потрепанный браслет.
Пионы было жалко – как и дружбу с Кириллом. И до сих пор не верилось, что отношения можно прекратить за десять минут."
"Филипп, весьма удивленный, появился довольно быстро. Как и просил Кей – один.
– Посиди с ним, – сказал Антон мне, тотчас вскочив на ноги, – пока я не вернусь.
– Куда ты? – вцепилась я в него, подумав, что Тропинин отправился к Кезону. И была права.
– Я должен с ним поговорить, – нахмурившись, сказал он.
– Обещаю, просто с ним поговорю. Просто разговор.
И Антон стремительно удалился.
– Что случилось? – удивленно спросил Филипп, садясь рядом и протягивая мне молочный коктейль, который заботливо взял с собой.
– Глупость одна… Лучше расскажи, что случилось с Келлой и Матвеем? – перевела я разговор. – Все в порядке?
– Если у Келлы – то да, – отозвался задумчиво Фил. – А у второго разбито лицо. Не страшно. Но крови много было.
– Что они не поделили?! – посмотрела я на парня.
– Думаю, Демоницу, – отвечал он.
Как оказалось, Келла ударил Матвея не просто так, а за дело.
Филипп поведал мне странную историю.
Жених совершенно случайно заглянул в зону с кэнди-баром. Его туда отправила Ниночка, дав задание принести ей сладости – какие-то мудреные миндальные пирожные. Не знаю, что она пообещала Келле, но тот поручение своей Королевы решил выполнить. Однако едва он оказался в кэнди-баре, который был отгорожен перегородкой от основного зала, как весьма удивился.
В кэнди-баре никого не было, кроме Матвея. И свиной головы на столике со сладостями, разумеется. Как рассказывал потом Келла, Матвей держал в руках записку и задумчиво смотрел на голову, как будто размышляя, куда эту самую записку запихать – в пасть или положить между ушами. Обалдевший Келла подскочил к ухажеру его законной дважды жены, вырвал эту самую записку, прочитал: «Подарок невесте-свинье» и, мгновенно разозлившись на Матвея за такой замечательный презент, бросился на него.
Разбил ему лицо, повалил вместе с перегородкой, ну а остальное мы видели.
Парней разняли и развели по разным углам. Матвей уехал, а на Келлу набросились собственный отец и дядя Витя, которые орали наперебой. По их мнению, Ефим был неуравновешенным мужланом, который умудрился испортить даже собственную свадьбу. Правда, узнав про то, что свиная голова – подарок Матвея, оба успокоились. Зато побледнел Нинкин крестный, не ожидавший от племянничка таких фортелей.
