Онлайн-библиотека книг
Но вполне возможно, она заставит содрать с тебя три шкуры за то, что ты ей сделала.
– Она меня может только убить, – презрительно ответила Катрин, – и ничего больше.
– Убийство убийству рознь. Я предпочел бы повесить тебя, но для нее этого будет мало. Ладно… я постараюсь быть неловким, чтобы не растягивать надолго наказание.
Намерение человека было добрым, но то, о чем он говорил, было отвратительным, и Катрин плотно сжала зубы, чтобы не задрожать.
– Спасибо, – поблагодарила она.
Из низкой комнаты палач и его пленница попали в коридор, куда выходили три двери, обитые железом.
– Вот ты и у себя. Давай руки.
Она покорно протянула руки. Тяжелые железные браслеты защелкнулись на нежных запястьях. Какое-то время палач не выпускал ее руки из своих.
– У тебя красивые руки, руки благородной дамы. Да, жаль, очень жаль. Иногда и мое ремесло бывает грустным.
– Зачем же вы им занимаетесь?
Плоское лицо палача приняло наивно-удивленное выражение, улыбка обнажила желтые зубы.
– Мой отец занимался этим, его отец тоже. Это хорошее ремесло и может высоко поднять способного человека.
С нескрываемым ужасом Катрин обратила внимание на пятна еще свежей крови на одежде палача. Он это заметил и со смущенной улыбкой сказал:
– Ну, ладно. Не хочу тебя больше пугать, а то ты примешь меня за зверя. Постарайся заснуть, если тебе это удастся.
Побоявшись, что она его оскорбила, и не желая делать из него врага, Катрин спросила:
– Как вас зовут?
– Очень любезно с твоей стороны.
– Она была права, – серьезно сказала Катрин. – Это красивое имя."
"Глаза Катрин довольно быстро привыкли к потемкам в камере. Какой бы маленькой ни была отдушина, но, по крайней мере, она давала возможность различать день от ночи и видеть окружающие предметы.
