Хейги прибыли. Стоило карете замедлить ход, как Ару внезапно зашипел и прижал руку к груди.
Руперт недоверчиво посмотрел на него и спросил:
– Врата?
Тот покачал головой и через боль ответил:
– Нет.
Мои пальцы оплело голубое сияние. Я прижала ладонь к груди кровника, стараясь охладить свою магию, вспоминая, как проделывала это с водой. Как же не вовремя проснулась рана! Что же делать?
Пальцы кровника, которые накрыли мою ладонь, были почти такими же горячими, как и рана на его груди. Только в тот момент я заметила, что сегодня на учителе рубашка винного цвета.
Словно для того, чтобы не было видно кровь. И от этой мысли почему-то стало страшно.
– Не трясись, – процедил Ару. - Все будет хорошо.
– Ее магия помогает тебе, верно? - задумчиво спросил Руперт.
Я осознала, что в карете мы не одни. И со стороны то, что происходит сейчас, должно выглядеть несколько двусмысленно. К щекам прилила кровь, и я попыталась отодвинуться. Но Ару не позволил мне отнять руку и через силу признался:
– Так легче переносить боль.
Мое сердце подпрыгнуло в груди. А кровник продолжил:
– У них есть то, что влияет на… рану.
Руперт приблизился к окну и внимательно оглядел поле. А затем спросил:
– Но что это может быть? Предмет такого рода должен давать устойчивый магический фон.
– Он есть, – подтвердил Ару. – Но среди стольких огненных его трудно почувствовать даже бессмертным. И единственный бессмертный, который заинтересован в том, чтобы найти его - мой отец. Но сегодня его здесь не будет.
Мне показалось, что в его глазах мелькнула горечь.
– Почему? - удивилась я, продолжая старательно вливать магию в пальцы.
– В знак того, что род не поддерживает меня. Отец не желает портить отношения с Никодемусом Хейгом. Они давние друзья.
– Жестоко, - прошептала я.
– Но правильно, - процедил Ару. - Он всегда все делает правильно.
Люди на другом конце поля переговаривались и ждали нас. Руперт решительно сказал:
– У вас есть пять минут на то, чтобы придумать, как ты будешь сражаться, Рой. Пойду, отвлеку твоих противников своей болтовней.
С этими словами он вышел из кареты. Мы остались вдвоем, и я подняла беспомощный взгляд на учителя. Ару думал недолго.
– Ариенай, - странноватым тоном проговорил он. - Ты же тренировалась замораживать воду?
– Да, - осторожно ответила я, не понимая, куда он клонит. - Но создать лед у меня пока не получилось.
– Но один раз ты создала его, - напомнил он. - Когда я спросил о том, что от тебя нужно Шендану.
– Это вышло случайно, - возразила я.
