За рыбой по реке пошел, не скоро вернется. Завтра или послезавтра придет. Уходите, — настаивала женщина.
На вид ей было за тридцать, но с деревенской жизнью в глухом углу не угадаешь — она могла быть гораздо моложе.
— Все, хозяйка, мы уходим… — я выставил вперёд ладонь. — Последний вопрос, как зовут ваших детей?
— Вам зачем? — нахмурилась тетя. — Гриша его зовут.
Что и требовалось доказать. Один у нее ребенок. Теперь я был уверен в своих догадках.
— Извините, все, мы пошли, — я кивнул Тулушу на дверь.
Направился на выход и уже на пороге остановился, развернулся и почесал макушку. — Ах да… Нам бы еще лодку моторную с провожатым раздобыть… Чтобы до Михайловска добраться. Не подскажете?
— У пристани, первый дом слева. Спросите Демидыча. Он всегда дома. За небольшую мзду хоть в ад увезет, — мрачно выдала она.
— Отлично… В ад мы не торопимся, а вот в Михайловск нужно поспеть… Причем срочно, — понизив голос, я проговорил: — И если что, гражданочка, будьте аккуратнее.
Дверь заприте, в окрестностях у вас беглые зэки объявились. Скорее всего, они в Михайловск двинули, но мало ли?
— Зэки? — переспросила женщина, а я подумал, может, и слов они таких здесь не знают. Темнота… И добавил: — Каторжники беглые. Ферштейн? Еще раз звиняйте, хозяйка, мы ушли.
И мы с Тулушем вышли, а я поплотнее прикрыл дверь. Напарник семенил за мной, что-то пытаясь мне сказать. Торопливо и сбивчиво.
— Не сейчас, друг, — осадил я его.
— Нужно сделать все быстро и четко… Иди за мной и не болтай.
— Но, Саныч, тама… — пытался возражать Тулуш.
— Тише! Тише… молчи… У меня план! Ты все испортишь.
— Я хотел сказать, что там… — пытался донести до меня Тулуш, но навстречу нам попался местный житель. Парнишка лет пятнадцати. Интересно, как он в школу ходит? На лодке?
— Эй, пацан, — окликнул его я, и тот с радостью к нам подошел.
Для местных любой гость был в диковинку и вызывал сильнейшее любопытство.
— Здрасьте, — улыбнулся он и сверкнул на солнце кляксами веснушек.
— Где Демидыча найти?
— А на кой он вам, дядя? — спросил ушлый паренек, при этом с нескрываемым интересом разглядывая Тулуша.
— Лодка нужна до Михайловска, с мотором, — громко и четко произнес я, чтобы вся улица меня слышала."
"Она вроде и пуста, но я знал, что сейчас из-за шторок и оконных «паутинок» на меня таращатся несколько пар глаз из окрестных домов.
