— Грицук угнал лодку, — с уверенностью проговорила Вера, присаживаясь на корточки и осматривая следы.
— Тоже так считаю. Но почему он кинул своих подельников? Еще и среди ночи…
— Сафрон хитрый… — вполголоса делилась она. — Все рассчитал. Бежал из колонии в составе группы, чтобы, если что, ими же и прикрыться. Он ушел среди ночи, скорее всего, когда была его очередь дежурить в захваченном доме. Знал, что мы за ним идём по пятам, и бросил своих нам на растерзание. Его расчет верен: пока менты будут возиться с остальными зэками, он под шумок спокойненько себе смоется.
— Та еще гнида, — сплюнул я.
— Не просто гнида, Саша, а очень опасная гнида. Я должна была висеть у него на хвосте… А он направлялся в Зарыбинск. Кулебякин все испортил, спугнул их… Теперь где его искать?
Вера покачала головой, будто Петр Петрович был малым дитём, расколотившим соседское окно.
— Погоди… Смотри… — я разглядел радужные масляные круги на воде. — Видишь? В этом месте течение слабое совсем, но все же оно есть.
— Ну и что? — пожала плечами Вера.
— Радуга на воде… Как в детстве.
— Не радуга, а масло или бензин. В лодочный мотор их вместе мешают. Понимаешь, куда я клоню?
— Нет. Натекло, тут же вон сколько лодок…
— Да, и никто их на воду не спускал сегодня… кроме нас и Сафрона.
— Вот от него и осталось.
— А почему их до сих пор не смыло? Времени много прошло.
— Да какая разница, Саша?
— Есть разница. Щас… Кое-что проверить надо.
Я разделся до трусов, поежился и решительно вошел в воду. Спиной чуял, как мою тушку пристально разглядывает Вера.
Набрал воздуха и нырнул, заработав сразу ногами, чтобы погрузиться глубже и дальше. Здесь, буквально в трех метрах от кромки берега, сразу начиналась глубина. Поэтому и лодки причаливали в это место, винты об дно не гнули.
Вода холодная, но терпимо, ведь долго купаться я не собирался. Занырнул аккурат в то место, откуда шли эти радужные разводы. Плыл с открытыми глазами. На дне, наконец, увидел то, что искал. Вынырнул, с шумом вдохнул, отфыркиваясь, и прокричал:
— Ефимыч! Здесь твой мотор, на дне! «Кошку» готовь или сетку.
В общем, достанете и без нашей помощи.
— Там он⁈ — всплеснул руками мужик. — Ох, родненький! Там! Спасибо, товарищ мильцанер! Дай бог вам здоровья, жену красавицу и деток много!
— Спасибо, все будет, — улыбнулся я и выбрался на берег.
Вера уже стянула с веревки какую-то простынь и спешила меня обтереть.
— Замерз? — заботливо поинтересовалась она, старательно шоркая простынкой мое тело.
