Тут нужно что-то более глобальное придумать. И желательно легальное, по крайней мере, не слишком уж криминальное. Подумаем, ага…
Я уже приготовился вскрывать банку, когда раздался стук. Что такое? Обычно ко мне никто не стучался. Не принято в сарайку стучаться, а тут вдруг постучались. Хотя и правда — надо к порядку приучать народ. Не буду разрешать без стука входить, хватит с меня сюрпризов.
— Открыто! — крикнул я."
"Дощатая дверь распахнулась и пропустила вперед ту самую следачку, что была такая нескладная и не по-женски широкоплечая.
На вид уже не молодая, даже в мамки мне нынешнему годится, и глаза по-матерински добрые. На голове тугой узел серых волос, на лице из косметических манипуляций только брови выщипаны тонкими, слишком изогнутыми дугами, отчего она всегда казалась удивленной. Аглая Степановна Простакова — всплыло в памяти. На форменной рубашке погоны капитана. А в руках узелок. Что-то, перевязанное белым платком, как в сказке или в прошлом веке.
— Саша, я вам тут пирожков принесла. Домашних.
Есть с ливером, есть с капустой, есть с луком и яйцом. Вы какие больше любите?
Я прокрутил в мозгу череду воспоминаний, как диафильм в фильмоскопе, но не нашел ни одного кадра, который бы рассказывал о наших с ней каких-то взаимоотношениях. Да и когда я привел Серого в кабинет следствия, не помню, чтобы она выказывала ко мне внимание. В чем подвох?
— Я пирожки-то всякие люблю, Аглая Степановна. Но ведь…
— Ну что ты, — улыбнулась она. — Можно просто Аглая. Я вот тебе каждого вида по три штуки отсыплю.
Есть куда сложить?
Домашнего я ничего не ел уже лет… Даже не вспомню, сколько. Что в той жизни срок мотал, что в этой на домашние харчи как-то не попал, поэтому без всяких ломаний и с радостью принял пирожки. Сначала пожрём, потом всё выясним.
— А здорово ты сегодня подтягивался, — женщина села рядом за стол, подперла голову рукой и смотрела, как я уплетаю пирожки, запивая бутылкой кефира.
— Угу, — пробубнил я с набитым ртом. — Спасибо за угощенье. Так… Вы что-то хотели, Аглая?
Кусок в горло под её взглядом лез не так чтобы и бодро.
— Нет-нет, кушай, кушай. Я пойду…
Она встала и направилась к выходу. Потом обернулась, покачала головой и еле слышно проговорила (но я услышал):
— Как похож, как похож…
Вздохнула и вышла. А я остался гадать — на кого же я похож? Пирожки теперь пошли неплохо… Половину сразу уничтожил, а вторую повесил в кульке под потолок на гвоздик, чтобы мыши не добрались. Еще раз пожалел, что нет холодильника.
