Начать сначала

Птаха немного зарделась под моим восхищенным взглядом.

Пользуясь тем, что она была одна, за талию притянул к себе, опускаясь ниже на хвосте:

– Ты прекрасна, моя птичка, – горячо зашептал ей на ухо. – Боюсь, я недостаточно подобающе одет для ваших завтраков.

Аделин сощурила глаза:

– Ты проводишь меня в столовую, шайрас?

И замерла выжидательно, приподняв узкий подбородок. Улыбнувшись, я положил ее ладонь на свой согнутый локоть и скользнул в сторону лифта."

"Отметил, что за дверью в холл второго этажа стоит один из людей Морелли в строгой форме цвета хаки.

Вчера его здесь не было. И просто на обход это не похоже. Что изменилось за сегодняшнюю ночь?

***Завтрак скорее напоминал званый ужин.

Морелли во главе стола. По его правую руку, не задумываясь уселась Аделин на массивный обеденный стул с подлокотниками. Вышколенный мужчина в белой рубашке и черном жилете ловко его задвинул и подошел по другую сторону стола, указывая, где расположиться мне. Не самые удобные для меня сиденья, но вмещусь.

Белый фарфор, хрустальные бокалы.

Снующий официант быстро приносил блюда, раскладывал по тарелкам. Подливал чай, кофе, воду. Вкусно. Вычурно. И некомфортно под пристальным вниманием Леона, который с интересом поглядывал, правильно ли делаю выбор из многочисленных столовых приборов, и оценивал мои манеры за столом. Но столовый этикет у меня не вызывал затруднений.

Леон молчал весь завтрак, сосредоточенно жуя. Так хмурился, что и его дочь не смела нарушить тишину. А я же здесь был гостем в данный момент, поэтому терпеливо ждал, когда Морелли будет готов вести разговор.

– Ссашшин, я буду ждать тебя в своем кабинете через пятнадцать минут. Спокойно доедайте. Отведи Аделин в ее комнаты и приходи.

– Но папа!

– Послушай, дочь, так нужно. Наберись терпения и делай, как я говорю. Это временно, я верну тебе свободу, как только дома станет безопасно.

– Но я тоже хочу знать! Я согласна тебя слушаться, все понимаю, но не держи меня в неведении, папа! – справедливо звенела она.

Аденин бросила на меня вопросительный взгляд, и я едва заметно кивнул.

Это касается ее. И она должна знать. Не верил я, что расследованию помешает сокрытие от нее информации. А помочь может, особенно касательно мер, связанных с ее безопасностью.

Отец птички тяжело вздохнул и тихо буркнул:

– Хорошо! Приходите вместе. Ссашшин, не спускай с нее глаз. – Он поднялся, коротко кивнув, покинул столовую.

– Что случилось, Ссашшин? – тихо шепнула птичка, подалась ко мне, пригнувшись к столу.