Первый внук или первая внучка Бобби и Джулии Джексон. Первый племянник или племянница ее братьев и сестер. Новая жизнь, которая скоро войдет в ее сумасшедшую, неблагополучную семью. Внезапно она ощутила острую необходимость защищать и уберечь от возможных бед только что зародившуюся жизнь, и одновременно к ней пришла уверенность в том, что все непременно закончится хорошо.
— Я буду рожать.
— Хорошо. — Бен издал вздох облегчения. — Это хорошо. А как же аль-Аббас? Что он об этом думает?
— Я ему ничего не сказала.
Он не захочет становиться отцом, Бен. — Она вспомнила, как он покинул постель, словно вор под прикрытием ночи. — Я ему даже не нравлюсь!
— Но ты ведь собираешься ему сказать?
Элла снова подумала о Хасане. Не о том мужчине, который соблазнил ее и доставил ей незабываемое удовольствие, а о другой стороне его натуры. Она вспомнила холодную враждебную пустоту его бездонных глаз, и по ее позвоночнику побежали холодные мурашки.
— Даже не знаю, — отчаянно призналась она.
— Ты понимаешь, что от твоего решения зависит будущее, и предполагаешь, что может произойти? Он не только баснословно богат, но и обладает огромной властью.
Мужчины очень ревнивы относительно того, что по праву принадлежит им. Он беспощаден, сестренка, не сделай ошибку.
Бен не сказал ей ничего нового, и она была согласна, что объяснение с Хасаном защитит ее саму и их ребенка. Элла почувствовала, как ее сердце учащенно забилось. Если бы это было в ее силах, она взмахнула бы волшебной палочкой и стерла навсегда воспоминания из своей памяти о бездушном шейхе.
Но теперь речь шла не только о ее жизни. Речь шла о ребенке, и Хасан имел право знать о его существовании.
— Видимо, у меня нет другого выбора. Я расскажу ему.
— На самом деле выбор есть всегда. И мне очень хочется, чтобы Хасан с уважением отнесся к принятому тобой решению. Дай мне знать, если я смогу тебе помочь. Я говорю серьезно.
— Непременно. Спасибо, Бен. — Элла сглотнула комок непрошеных слез, подступивших к горлу. — И еще, Бен… ты ведь никому не расскажешь?
— Только если ты сама об этом не попросишь.
Положив трубку, Элла подумала, что надо поговорить с Хасаном как можно скорее. Внезапно она осознала, что ничего о нем не знает, кроме того, что он — шейх. Она даже не знает, где он живет! Она нахмурилась. Его помощник упомянул название страны, когда принес ей платье и сексуальные чулки. Каша… и что-то еще… Кашамак?
Она села за компьютер и набрала название в строке поиска.
