Многие женщины воспитывают детей сами и при этом успевают работать!
Она купила капучино навынос и булочку с яблоком в кафе за углом и направилась в свой офис, отметив про себя, что впервые за многие дни испытывает чувство голода. Войдя в офис, она с улыбкой поприветствовала Дэйзи и вдруг заметила, что ее ассистентка чем-то очень взволнована.
— Все нормально, Дэйзи?
Округленными глазами Дэйзи указала в сторону кабинета Эллы и выдавила:
— Там…
— Что именно там? — спросила Элла с недоумением, которое переросло в нечто большее, похожее скорее на ужас и панический страх, когда она наконец открыла дверь.
Глубоко вздохнув, она вошла в свой небольшой кабинет и уже не удивилась, увидев у окна огромный силуэт шейха Хасана аль-Аббаса. Ей внезапно стало трудно дышать.
— Ч-ч-ч… что ты тут делаешь? — прошептала она.
Хасан внимательно посмотрел на женщину, которая только что вошла в кабинет. Единственным ярким пятном на ее бледном лице выделялась красная помада, и внезапно она показалась ему совсем незнакомой.
Но ведь так оно и было.
— Ты хотела видеть меня, Элла. И вот я здесь.
Элла физически ощущала напряжение от его присутствия. Ей пришлось поставить на стол пакет с кофе, чтобы не уронить его.
— Я хотела поговорить. И это большая разница. — Она посмотрела ему прямо в глаза. — Ты всегда приходишь без предупреждения? Это не вполне позволительное поведение.
— Но ведь я не всегда действую в рамках дозволенного. Хотя в большинстве случаев я вполне предсказуем. — Он заметил, что она выглядит очень усталой.
— Поскольку речи о том, чтобы увидеться снова, в нашу последнюю встречу не было, мне интересно, зачем я тебе понадобился?
В ту ночь, когда они познакомились, на нем был смокинг, который очень ему шел. Сегодня он надел дорогой костюм, какие носят успешные деловые люди по всему миру. Но почему-то казалось, что ему в нем тесно и что он не подходит для его загорелого мускулистого тела. Хасану уже пришлось расстегнуть верхнюю пуговицу на рубашке и слегка развязать галстук.
Элла внезапно поняла, что за вычурным фасадом скрывается совершенно обыкновенный мужчина, и осознание груза новости, которую она собиралась сообщить ему, заставило ее побледнеть еще сильнее.
Но сначала Элла хотела установить хоть какой-то диалог между ними, задать ему вопрос, который не давал ей покоя долгие недели, немного приблизиться к пониманию того, что произошло той ночью.
— Итак, скажи мне, Хасан, — тихо начала она.
