Спасибо вам за вкусный ужин!
— На здоровье, милая. Тогда напомни мне, когда будете уходить, я обязательно положу тебе с собой.
— Хорошо, спасибо, — улыбнулась любимая, и я крепко сжал ее руку, тем самым намекая, как я хочу ее поцеловать.
Любимая смутилась, и опустила взгляд на наши руки, после чего я все же не сдержался и чмокнул ее. Правда в носик. Чтобы уж она меня не прихлопнула на месте.
— Я тоже пока не хочу, мамуль. Все было очень сытное, а у меня между прочим фигура.
— Спасибо, что на диете не сидишь, и то хорошо, — по-доброму заметил отец, и поцеловал дочку в висок.
Да уж, я даже понятия не имею, как родители отреагируют на то, что я им сегодня скажу.
— Нет, зачем себя голодом морить? Я лучше потом все в спортзале сброшу. Хотя у меня такие танцы, что и до спортзала жирок не дотягиваю, — пошутила сестренка, на что мы все вместе рассмеялись. — Вы не против, если мы с Мими вас оставим на некоторое время? Очень хочется по секретничать по девичьи.
— Конечно, идите, девчонки, поболтайте, — согласилась мама, за что я был очень благодарен, как раз смогу спокойно с ними поговорить.
Дождавшись, когда девочки уйдут на верх, я помог маме убрать со стола блюда и грязные тарелки, а папа в это время заваривал для нас чай. Как же я обожал такие моменты, считал их самыми драгоценными и даже неповторимыми. Теперь мы с Мией будем чаще приезжать к родителям и устраивать такие посиделки. А однажды, приедем уже втроем, и никто не сможет помешать нашему счастью.
— Никит, сынок, что между тобой и сестрой? Вы так и не помирились? — участливо спросил отец, ставя передо мной белую чашку с чаем.
— Нет, пап, не помирились. Я сегодня хочу с ней поговорить, но пока не знаю, как лучше это сделать.
— А почему? Просто извинись что посмел подумать на нее. Кстати, Максимка что-то узнал о том случае? — поинтересовалась мама, погладив мужа по руке, когда он, расставив всем чашки, присел рядом с ней.
— Вот об этом я хотел с вами поговорить, правда сам до конца еще не разобрался.
— Что тебя тревожит?
— Есть одна информация, которая вас очень удивит.
Я и сам обалдел, когда узнал."
"— Не томи, Никит, мы же с мамой переживаем.
— Вот переживать не надо. Это оставьте мне.
Я сделал глоток чая, и ободряюще улыбнулся родителям, всеми силами оттягивая время чтобы сообщить им не простую новость. Но как бы мне не хотелось их расстраивать или волновать, говорить все равно придется.
— В общем, мам, пап, мы с вами никогда не говорили о том, что Виталинка нам не кровная.
