– Господин О‘Хайри счел лучшим решением не идти просить отсрочку у господина Смони, а просто… Да что там… Ему нет дела до происходящего. Не волнует, что теперь со мной будет. Что люди скажут! Мы стали посмешищем. Это позор! Такой позор!
Снизу до нас долетел крик отца, обрывая ее речь.
– Смони! Я убью этого мерзавца! Убью!
Душу мгновенно сковал страх.
– Боги всемогущие! – Мама подскочила с места. – Он совсем пьян! Что же теперь делать? Я опозорена! Как смотреть другим в глаза?
– Леди, нужно взять себя в руки. Срочно уезжать к вашей дорогой свекрови.
Срочно! – затараторила служанка. – Собрать все, что успеем. Выносить добро за пределы ворот поместья и накрывать плотной тканью, чтобы дождь не попортил. Истопника в город отправлять. Немедленно! Чтобы найти повозку. Леди, слезами дело уже не поправить. Эти Смони… Да простите вы мою дерзость, но они не смилостивятся.
– Не понимаю, что такого мы им сделали? – Мама немного успокоилась. Кажется, наша бойкая служанка ее взбодрила и расшевелила. – Хотя можешь не отвечать, мне и так все известно.
Патрику не стоило перекрывать реку плотиной и оставлять их земли без воды. Они и до этого нам завидовали. Наше поместье в разы лучше их. Так еще Смони два года подряд собирают меньший урожай. Убытки у них. Да и оба рвутся занять место в сельской ратуше… Мужчины… Все беды из-за них!
Прикусив верхнюю губу, я не могла не согласиться с матушкой. Папа обладал просто отвратительным характером. И реку перекрыл, лишив воды не только Смони, но и поместья ниже по течению.
К власти рвался, действуя крайне грязно. Не гнушался игорных домов и прочих развратных мест. Об этом шептались все соседи на ярмарках, показывая на нас пальцами. Да, он много играл и был должен каждой собаке в округе. Но это его никак не заботило. Он все повторял – займет место в ратуше, и все ему все простят и забудут.
Такая наивная дурость! Даже я понимала всю нелепость подобных суждений. Кто же, когда, кому золото прощал?
Неслыханно!
Я все это понимала. Мне было уже одиннадцать, и я не могла затыкать уши каждый раз, когда слышала об отце дурное.
И все же… Выгонять нас из родного поместья, да еще сроком на сборы в один день?
Смони не имели на это право!
Это слишком низко! Ни я, ни матушка не сделали ничего дурного.
Сжав руки в кулаки, я посмотрела на небо. Горизонт рассекла яркая кривая линия молнии и раздался гром.
Гроза приближалась.
Тихо поднявшись, я скользнула к выходу. Мне нужны были ответы, и я знала, у кого их можно получить.
