Ей очень хотелось, чтобы Доминика почувствовала себя частью семьи. Гаэль хоть и устала, но была счастлива. Роды были недолгими, но тяжелыми и прошли даже быстрее, чем первые. Только никаких эмоций от Доминики она так и не дождалась.
— С тобой все в порядке? — холодно и отчужденно спросила Доминика. Гаэль расслышала в ее словах волнение и впервые почувствовала надежду на примирение.
— Все хорошо. Правда, спать хочется. Я люблю тебя. Скоро увидимся.
Гаэль задремала, и Кристофер положил на рычаг трубку, но через минуту она открыла глаза и улыбнулась мужу:
— Спасибо за чудесного ребенка.
— Спасибо тебе! — Кристофер наклонился ее поцеловать.
Он никогда не забудет те мгновения, которые они только что разделили.
— Как ее назовем?
Еще до рождения ребенка они решили, что, если будет девочка, ей дадут имя Дафна, которое нравилось обоим, а вторым именем будет Ребекка, в честь любимой подруги Гаэль.
Ему поставили раскладушку рядом с кроватью Гаэль, а малышку пока отправили в детскую. Кристофер смотрел на жену с такой любовью, какую едва ли ощущал к кому-либо еще на свете.
Гаэль так и заснула с улыбкой на устах, и он подумал, что она сейчас похожа на Мадонну. На глазах его снова выступили слезы.
Глава 19
В тот вечер, когда Доминика должна была прилететь из Нью-Йорка, Гаэль нарядила малышку в белую фланелевую рубашечку и крошечную розовую кофточку и положила в колыбельку. Крошка выглядела как маленький ангел. Дафне исполнилось две недели, и уже неделю они были дома. Гаэль все еще не до конца оправилась, но с дочуркой все было хорошо.
Кристофер помогал как мог, старался как можно больше находиться с женой и дочерью и смотрел на обоих влюбленными глазами.
Ей очень хотелось показать Дафну Доминике, обнять старшую дочь. Она мечтала, что Рождество они встретят все вместе, хотя распорядок их жизни немного изменился из-за ребенка. Кристофер поставил елку, а Гаэль помогла ее нарядить."
"Доминика долго смотрела на малышку в колыбельке, прежде чем осторожно коснуться пальцем щечки.
У Дафны были голубые глазки, бархатистая кожа и ротик, как розовый бутончик. Прелестный ребенок.
— Она очень красивая, — произнесла Доминика словно о ком-то постороннем.
Гаэль с болью видела, что старшая дочь не чувствует с Дафной родственной связи.
Выглядела Доминика шикарно: стала настоящей красавицей, повзрослела — ни за что не скажешь, что ей всего восемнадцать. Гаэль вдруг осознала, как это волнующе — с рождением ребенка все начать сначала.
