Главное — это спасенные детские жизни.
Дельфина через Интернет нашла семью немецкого офицера. Оказалось, что сам он давно умер, но родным была известна история с картинами. Она попросила их написать в канцелярию и подробно рассказать обо всем, что знают. Ей твердо пообещали и, похоже, обещание свое выполнили.
Дельфина выложила эту историю в Интернет, чем шокировала и смутила Гаэль. Зато Луиза, которой девушка намекнула, что одержима идеей вернуть бабушке доброе имя, несмотря на то что прошло столько лет, пришла в восторг:
— Какая ты молодец! Может, что-нибудь и удастся сделать.
Потом стали приходить электронные письма от тех самых детей, которых она спасла, теперь уже бабушек и дедушек. Имени своей спасительницы они не знали и называли ее Мари-Анж. Дельфине пришло двадцать четыре письма, и она переслала их в канцелярию.
Тринадцать лет продолжалась эта осада канцелярии, но все было безуспешно. Однако Дельфина твердо знала, что должна написать книгу о бабушке независимо от того, дадут ей награду или нет.
Эта история слишком важна, чтобы позволить о ней забыть. И бабушка заслуживала, чтобы с ее репутации стерли клеймо предательницы, пусть она и уверяет, что это не имеет значения. Главное — дети, которые остались живы, и картины, возвращенные Франции. Больше ей ничего не нужно. Письма приходили ей со всех концов земли, она была очень тронута, все это благодаря Дельфине. Подумать только!
И все-таки внучка победила. Ее имя внесли в список награжденных орденом Почетного легиона.
Сколько лет прошло с тех пор, как Дельфина поклялась восстановить доброе имя Гаэль де Барбе Паскуа!"
"Только вечером Дельфина дозвонилась до бабушки и спросила взволнованно:
— Ну что, видела?
— Что именно? — уточнила Гаэль, делая вид, будто ни о чем понятия не имеет.
Но Дельфина хорошо знала свою бабушку.
— Твое имя в списке!
Гаэль рассмеялась и гордо сказала:
— Ты упрямая девчонка! Я всегда говорила твоей матери, что ты необыкновенная!
— Но не такая, как ты, бабуля. Я не спасала детей, не прятала картин.
— Да просто все мы делали то, что были должны.
— Вот и я тоже! — весело откликнулась Дельфина. — Когда церемония награждения?
— Полагаю, рано или поздно мне сообщат. Уж если ждала до девяноста пяти лет, то подожду еще немного.
Ее в свое время поспешили заклеймить как предательницу, но назвать героиней никто не торопился, кроме внучки.
— Мы узнаем, когда это произойдет, — пообещала Дельфина. — Это будет и в газетах, и в Интернете.
