Награда проклятого демона

В его взгляде была уверенность, что он всегда добьётся цели. И одновременно хрупкая, почти незаметная нотка одиночества, которую Тень вечно прятал, растворяя в горячке боя, в изнурительных тренировках, в игре отсветов огня на обнажённых телах — в чём угодно. Лишь во снах это одиночество терялось, растворялось в нашей близости, в понимании, что я рядом. Но каждое утро оно возвращалось.

Я так мечтала подарить ему другую ноту, другую мелодию. Но как, когда Тень видел перед собой лишь ступени к императорскому трону?

Ещё один поцелуй, дерзкий, страстный, сминающий мои губы.

Словно мы оба брали друг от друга наши общие ноты, ноты нас двоих, делая каждое мгновение драгоценным воспоминанием. Куда более драгоценным, чем водопад рубинов на моей обнажённой коже.

— Тень? — прошептала я, когда он оторвался от моих губ.

Он молча смотрел на меня.

— Нет ничего, чего бы я не отдала для Ниро Мореро, — прошептала я.

Странная улыбка коснулась его губ:

— Для Тени я бы умерла, чтобы он не потерял себя, — тихо-тихо сказала я.

 — А для Ниро Мореро я хочу жить.

— Глупая девчонка, — пробормотал Тень, позволяя мне оплести его руками и ногами. — Тебя так страшит империя?

— Меня страшит то, что ты сделаешь по пути к трону.

Тень тихо засмеялся:

— О да. Ты наверняка вся дрожишь, вспоминая, как я подло одолел тебя в бою. Показать ещё раз, как это бывает?

Его пальцы скользнули по груди, сорвав стон с моих губ.

— Да, — прошептала я. — Покажи.

Рубины. Кроваво-красные рубины и огонь. Стволы сосен, золотисто-рыжие в ночной тьме.

Два обнаженных тела, сплетённые в самом древнем из танцев. И луна над моей головой, загадочная, всепрощающая.

Этот мир мог бы стать нашим домом. Наяву, не в наших снах.

Но придётся возвращаться.

Я открыла глаза под посветлевшим небом.

Плащ Тени надёжно укрывал мои плечи. Пламя костра горело за спиной, согревая, и моя собственная одежда, сухая и тёплая, лежала рядом.

…Лежал букет ромашек.

Я заморгала, приподнимаясь. Я даже не знала, как Тень отыскал их во тьме.

Но вот они, семь ромашек, уцелевших под штормовым ветром, — в букете, который оставил подле меня тот, с кем я провела эту ночь.

— Ниро, — прошептала я.

Одевшись и осторожно уложив драгоценности обратно, я загасила костёр, засыпав его землёй. И, перекинув плащ Тени через руку и подхватив цветы, направилась к озеру.

К одинокой фигуре, сидящей на скале лицом к рассвету.

— Солнце вот-вот должно взойти, — негромко сказала я, поравнявшись с ним.

Тень не обернулся.