Найди сердце королевы

И по его команде двое всё тех же мужчин синхронно кивают и беспрекословно выполняют приказ. Они хватают ослабшего Гая под мышки с обеих сторон, поднимают и тянут к выходу. Я остаюсь неподвижна, уставившись на собственные руки. Мир вокруг вдруг начинает вращаться, а к горлу подступает тошнота.

Вистан подходит ближе, я вижу его идеально начищенные туфли перед собой, потом ко мне тянется рука с перстнем и поднимает мою голову за подбородок.

– Я сдержу своё обещание, – говорит он с ухмылкой. – Ваши друзья прощены за предательство только потому, что повлияли на претворение прекрасной идеи в жизнь.

 – Я больше не чувствую ничего, пока он уверенно, твёрдо и с насмешливым тоном продолжает говорить: – Мой неотёсанный сопливый сын принят обратно. Как и ты. Добро пожаловать в семью, Каталина Харкнесс.

И после этого Вистан выходит из камеры, оставив дверь открытой.

Сидя на бетонном холодном полу возле кусков ткани, обессиленная, с разрывающейся болью головой и перепачканная в крови Гая, я всё пытаюсь понять, погубит ли меня дикая нарастающая ненависть к этому жестокому бездушному человеку или же во мне растёт желание расплющить его голову точно так же, как и череп Хью.

И я наконец решаю: он точно поплатится за то, что сделал. Пусть в этом никто не сомневается.

Когда я выхожу из временного заточения, глазам предстаёт широкий коридор, ведущий к лестнице. По сторонам от меня расположены железные двери, подобные той, из-за которой я только что вышла. Мраморный пол устлан дорогим ковром, по которому я бесшумно ступаю.

Моё роскошное платье теперь выглядит не так роскошно, однако это самое последнее, о чём я думаю, когда осторожно поднимаюсь по лестнице, не слыша никаких звуков – лишь тишина, давящая и устрашающая. Я поднимаюсь из частного подземелья Харкнессов на первый этаж, оказываясь в просторном блестящем фойе.

Грёбаные чудовища, помешанные на королевской тематике. Как настолько ужасные люди могут жить в таком красивом месте?

– Кто тебе позволил ходить по дому в подобном виде? – раздаётся презрительный тон за моей спиной.

Обернувшись, я обнаруживаю Дианну Харкнесс – красивую, нарядную, но совсем не настроенную на добрую беседу. Рядом с ней стоит молодая горничная, опустившая в повиновении взгляд. Словно принцесса и её фрейлина.

Мне вдруг вспоминается, что я практически ничего не знаю о Дианне, как не знаю ничего и о пропавшем Теодоре – младшем брате Гая.

– Приведи себя в порядок, господи, – закатывает глаза Дианна.