Только и ждет какого-нибудь промаха… Враги… Кругом враги…
– Что же ты замолчал, Анастас? – Голосок княжны стал приторно-ласковым, – Испугался?
Херсонесец встал. Нужно бежать… Бежать как можно дальше от этой Найдены, от Горясера и Святополка, от угроз княжны…
– Подожди, Анастас. – Предслава угадала его мысли. – Ты надеешься удрать, но куда? Ты уже стар и привык к сытой жизни. Кому ты будешь нужен? Кто укроет тебя от возмездия? Людского, княжеского? Тебе некуда бежать, Анастас.
Херсонесец сдавил пальцы так, что они хрустнули.
Обещавший так многое день превращался в ад. Проклятая баба права, ему некуда бежать. Он не сможет жить в нищете и позоре. Но почему она все это говорит? Хотела бы отдать его на суд, могла бы сделать это и без откровений.
– Зачем ты мучишь меня, княжна? Тебе нравится мое унижение? – прохрипел он.
Пред слава нахально ухмыльнулась:
– Нравится. Очень нравится. Таких, как ты, я бы вешала на березах вдоль дороги, чтоб люди смотрели и плевались."
"Анастаса затрясло от ненависти. Дура! Что она понимает в жизни? С малолетства купается в роскоши.
Она никогда не голодала в осажденном городе, никогда не боялась, никогда…
– Расскажи-ка мне о тайном подземелье, Анастас. Том, которое под Десятинной. – Княжна села. Тонкие пальчики постучали по стулу. – Садись и рассказывай.
Настоятель послушно опустился на стул.
– Это старое подземелье. Наверное, еще со времен Аскольда и Дира. Много входов и выходов. Часть завалена.
– Есть выход из города? – нетерпеливо спросила княжна.
Так вот чего она хочет! Сбежать в Новгород, к брату… Анастас приободрился.
– Есть, – негромко, но уже более уверенно заявил он и покосился на княжну. Щеки той порозовели. Ах, как ей хочется уйти из-под власти Болеслава и Святополка! Ну что ж, еще посмотрим, кто кого будет умолять… – Только без проводника не найдешь, – закончил он.
Княжна заходила по горнице. Предложит послужить? Попросит помочь? Анастас замер.
– Ладно, херсонесец. Ступай, – вдруг решительно сказала княжна.
«Как „ступай""? – мысленно удивился игумен.
– А подземелье? Свобода?»
– Ступай, говорю, – раздраженно повторила Предслава. – Проводника у меня нет, значит, и говорить не о чем. Иди.
Настоятель встал. Гордая. Сама не предлагает. Что ж, придется ему.
– Я мог бы проводить тебя, княжна. Я хорошо знаю подземелье. Лучшего проводника тебе не найти.
Она зло тряхнула головой:
– Дочь Владимира не знается с предателями!
Анастас чувствовал, что она играет. Тянет из него жилы, мотает нервы.
