Беднягу оператора из студии, который должен был поставить пластинку с песней Сольвейг, угораздило выбрать ту, где песня исполнялась на немецком. Тенгель был страшно доволен содеянным и той паникой, которая охватила студию. Волнующий пятнадцатилетний юбилей — коту под хвост!
Он продолжал слушать.
В Стортинге шли дебаты о том, могут ли теологи-женщины претендовать на освобождающиеся вакансии священников, поскольку это предусматривалось законом. Исполняющий обязанности министра по делам церкви утверждал, что женщины не настолько энергичны, чтобы стремиться стать священниками.
— Чушь, — пробормотал Тенгель Злой. — Почему нельзя дать право женщинам тоже выставлять себя на посмешище?
Далее…
Высокий полицейский чин жаловался на то, что в Норвегии народ слишком часто водит машину, будучи под хмельком. Даже тюрем на всех не хватает.
— Ага, верно, — нетерпеливо сказал Тенгель Злой. — Я стараюсь изо всех сил, чтобы заставить людей пить огненную воду, прежде чем они усядутся в свои машины.
Но успокойся, скоро никакие тюрьмы не понадобятся. Потому что все с милой моему сердцу натурой преступников будут подчиняться мне — и таких уже много. А я-то позабочусь, чтобы их не гноили в тюрьмах. А вы, все остальные, вы, скучные и законопослушные, так называемые добрые… Узнаете и другие законы — только бы мне добраться до долины. Если у вас в характере есть какая-то слабинка, я непременно обнаружу ее и сделаю преобладающей. А если нет… Зачем вам тогда жить? Хотя, может, если в качестве моих рабов… Иначе я просто смету вас с лица земли.
Моей земли!
Он быстренько окинул Землю взглядом еще раз, обнаружил приятный очаг напряженности где-то вдали — это был Кубинский кризис — и непрекращающийся конфликт на Ближнем Востоке, такой же и на Дальнем. В Африке царил хаос, какие-то государства пытались освободиться, но никак не могли договориться между собой.
Попозже надо будет что-то с этим сделать. Полностью подчинить их себе и показать, кто настоящий хозяин.
В его эпоху царить будет зло. И эта эпоха будет длиться вечно!
Он глубоко вздохнул, вздох этот был преисполнен ожидания и предвкушения. Он был счастлив. Долгий сон остался в прошлом. Мир принадлежит ему — только бы ему уничтожить эту ужасную чистую воду и вновь испить своей собственной.
Никто и не догадывается, насколько сильным он станет тогда!
Этот чертов шофер, наверное, уже все мозги себе отоспал.
