Наложницы ненависти

Благодаря «стиму» она получила колоссальные способности чистокровной гиперборейской ведьмы и магическую силу, открыла врата в Глубокий Бестиарий и вызвала оттуда Ктулху.

Прошлая жизнь растаяла, да девушка и не смогла бы вернуться к ней. А вот будущее было совершенно неопределенным. Сейчас Великие Дома считают ее мертвой, но…

Вероника открыла стоящую на столе сумочку и посмотрела на оставшиеся у нее четыре ампулы с прозрачной жидкостью.

«Одного укола в неделю вполне достаточно. Значит, у меня есть месяц.

А потом заблуждение Великих Домов станет реальностью, и серая муниципальная труповозка отправит в городской морг еще одну наркоманку, скончавшуюся от странного мышечного паралича и вызванной им комы. И врачи будут с удивлением разглядывать ее золотые глаза.

«Надо искать друзей».

«Наша сила заключается в нашей ненависти! Она увлекает слабых и сомневающихся! Она ведет вперед! Найди тех, кто разделит с тобой яростный огонь ненависти, и тебе не будет равных!»

— Никто не хочет умирать в одиночестве, — прошептала девушка.

— Ты что-то сказала? — Вовчик наконец покончил с телефонными делами и появился в гостиной.

— Да так, — слабо улыбнулась Вероника, — бормочу про себя.

Она подняла на Вовчика золотые глаза, прищурилась, медленно провела рукой по бритой голове, отчего ее высокая грудь, подчеркнутая тонкой тканью блузки, пришла в движение, и, с трудом подавив брезгливость, спросила:

— Можно я переночую у тебя?

Она увидела вспыхнувшие глаза Вовчика и едва ли не физически почувствовала скользящий по телу жадный, раздевающий взгляд.

— Оставайся, — кивнул Вовчик. — Буду рад. — Он помолчал. — Мне надо уехать по делам, а вечером… Может, сходим куда-нибудь?

— Давай потом, — девушка небрежно одернула блузку. — Завтра?

— Договорились. — Вовчик помялся в дверях.

— Правда? — Ведьма подошла к мужчине и скользнула губами по его щеке: — Спасибо.

В отличие от совещания в Зеленом Доме обсуждение ситуации в Темном Дворе проводилось в традиционном месте — в личном кабинете князя. Повелитель Нави был консервативен в подобных мелочах. И в одежде: его глухой черный плащ, с обязательным капюшоном, надвинутым на лицо, не менялся веками.