Наложницы ненависти

— Основной план не пострадает?

Ловкость комиссара Темного Двора в создании «маленьких интриг» не уступала его фехтовальным навыкам, и князь не сомневался в ответе.

— Хорошо, — кивнул Сантьяга, слезая со стола. — С завтрашнего дня я запущу пару своих разработок.

— Почему не сегодня? — поинтересовался князь.

Комиссар удивленно посмотрел на повелителя:

— А разве вы не знаете? Сегодня день больших гонок.

По традиции, местом сбора знаменитых на весь Тайный Город ежегодных гонок «Сто километров Мурция» являлась маленькая площадка, неподалеку от пересечения МКАД и Ленинградского шоссе.

Именно сюда съезжались участники и строго ограниченное число их друзей — размеры закутка не позволяли устраивать массовое паломничество, поэтому обычные болельщики довольствовались прямой трансляцией в баре «Три Педали», управлял которым все тот же Мурций Чейз.

Стартовую площадку плотно оккупировали дорогие спортивные купе, у которых суетились механики и владельцы, шныряли букмекеры, болельщики обсуждали шансы, а рядом, на обочине, сиял огромный экран.

К сожалению, лицезреть это великолепие могли только свои: чтобы не привлекать ненужного внимания, концы окутали площадку мороком, и проносящиеся мимо автомобилисты видели лишь оранжевый забор да дорожных рабочих, уныло ковыряющих асфальт.

— Букмекеры всерьез думают, что братья Хамзи составят нам конкуренцию, — презрительно сообщила красавица Милана своему штурману, обер-воеводе Воляне.

 — Звучит оскорбительно.

— В прошлом году шасы пришли вторыми, — осторожно напомнила Воляна.

— Им повезло, — махнула рукой воевода Дочерей Журавля. — Гюнтер так расстроился, когда мы вырвались вперед, что пропустил их атаку.

Огромные зеленые глаза Миланы нашли на площадке двух чудов, командоров войны Гюнтера Шайне и Теодора ле Мана. Рыжеволосые рыцари негромко переговаривались, стоя у серебряного «Випера», и периодически поглядывали в сторону соперниц.

Впрочем, в этом не было ничего странного: в Тайном Городе небезосновательно считали, что Милана не уступает в красоте самой королеве. Во всяком случае, она была свободна, молода и предпочитала яркую одежду, подчеркивающую ее восхитительную фигуру.

— А какие ставки на чудов? — спросила обер-воевода.

— Какая разница? — Милана весело рассмеялась.