Наложницы ненависти

Царивший в подземелье полумрак не помешал комиссару увидеть малюсенькое пятнышко на ткани.

— Там был прорыв канализации, — тоненьким голосом ответил охотник. — Пришлось идти в обход.

Сантьяга недовольно хмыкнул, и бежавшие вокруг него крысы начали опасливо озираться. Выведенные осами звери были огромны, размером с собаку, к тому же их было много: стая насчитывала не менее тридцати голов, и им не один раз приходилось вступать в серьезные схватки и побеждать. Но присутствие высокого нава заставляло крыс нервничать и боязливо жаться к стенам.

— Мы пришли! — радостно возвестил ос и почтительно остановился: Сантьяга предупредил, что ему предстоит конфиденциальный разговор.

— Будете ждать здесь, — распорядился комиссар и прищурился.

В глубине коридора смутно вырисовывалась одинокая мужская фигура.

— Я и не надеялся, что вы пригласите меня в Бастион, Франц, — дружелюбно произнес Сантьяга. — В сложившихся обстоятельствах наша встреча могла обрасти ненужными кривотолками.

— Мне было тяжело согласиться на ваше предложение о переговорах, — признал де Гир.

— Давайте. — Комиссар стал очень серьезным. — Катастрофа близка, Франц, вы это понимаете так же хорошо, как я. Атака гиперборейцев произвела на князя сильное впечатление, и он всерьез рассматривает вопрос о заключении союза с Зеленым Домом. Дальнейшее представить несложно: совместное вторжение наших армий в сектор Чуди Орден не выдержит.

Де Гир угрюмо кивнул:

— Я догадывался, что ваш Источник не переживает сезонное снижение мощности.

— Это не так, — мягко поправил его нав — раскрывать все карты Сантьяга не собирался. — Мы действительно не готовы к серьезной войне и потому до сих пор медлим. Но союз Ордена с Кадаф не оставил нам выбора — великий магистр поставил под удар весь Тайный Город, и князь не может рисковать.

— Тогда почему вы здесь?

— Мы не хотим войны на тотальное уничтожение.

— Понятно, — криво усмехнулся Франц. — В арсенале великого магистра есть весьма опасные заклинания, которые он применит в случае серьезной угрозы.

— Нет, — тихо сказал комиссар. — После того как Леонард договорился с тварями Азаг-Тота, мы не можем полагаться на его благоразумие. Мы опасаемся, что великий магистр способен применить самые сильные заклинания и без серьезной причины. Философия Кадаф вызывает странные процессы в головах своих адептов.

— Леонард не воспринял философию Кадаф!

— Мы в этом не уверены.