Наложницы ненависти

Попытка вашего устранения не вписывается в рыцарские кодексы Ордена, зато хорошо укладывается в рамки теории ненависти Азаг-Тота.

Де Гир скрипнул зубами. Комиссар помолчал.

— Если же продолжить обсуждать конкретно вас, то все мы понимаем, что великий магистр не простит вам неподчинения. Ни вам, ни всем Горностаям. Вы сказали «а», Франц, пора говорить «б». У вас отняли законное право занять трон, но сейчас снова есть шанс, и вы обязаны попытаться им воспользоваться. Обязаны, хотя бы ради тех, кто готов умереть за вас.

— Слишком сладкие речи, нав, слишком сладкие.

— Я знаю, о чем вы думаете: мы генетически враждебны друг другу. Это так, но нам приходится сосуществовать вместе, хотим мы этого или нет. Вы доказали свое умение соблюдать договоренности. Вы рискнули всем, но не изменили принципам. Для нас это очень ценно. И, разумеется, для нас более выгодно, если на троне Ордена будете вы, чем непредсказуемый Гюнтер. Союз с тварями Кадаф позорит Орден, и вы обязаны заявить об этом.

— Орден опозорится еще больше, если я займу трон, опираясь на ваши штыки.

— Вы меня обижаете. Темный Двор не планирует впутываться во внутренний конфликт Ордена. Тем более что у вас наверняка будет достаточно сил для достижения своих целей.

— Ложа Горностаев? Против гвардии и тварей Кадаф?

— Многим рыцарям не нравится соглашение с ублюдками Азаг-Тота, — пожал плечами Сантьяга. — Им не нравится, как стали смотреть на Чудь в Тайном Городе.

— Это не повод для мятежа.

— Но это повод для того, чтобы поддержать вас.

По причине ясного солнечного дня эта гора никак не могла прийти к Магомету, а потому Артему и Инге пришлось самим отправиться в офис клана Треми. Мрачное здание, похожее одновременно на склад и подержанную крепость, встретило наемников угрюмым молчанием снаружи и суетливым возбуждением внутри. Несмотря на день, почти никто из вампиров не спал, предпочитая проводить время у телевизоров и компьютеров, по которым «Тиградком» передавал последние военные новости.

— Выглядишь гораздо лучше, чем при нашей последней встрече, — отвесил комплимент Артем, изучая пышущего здоровьем масана.

— Хорошая пища, — улыбнулся Захар. — Хорошие предчувствия..

— Что за предчувствия?

— А то ты не знаешь? — Епископ почесал живот. — Все ждут, что Темный Двор вот-вот вступит в войну. Будет много пищи.

— Ах, это, — небрежно усмехнулся Артем.