Наложницы ненависти

Нав быстро вошел в зал, вежливо поздоровался и тут же демонстративно посмотрел на часы:

— Десять минут, Всеслава, десять минут. Вы в курсе, что в Тайном Городе идет война?

— Или вы думаете, что осада Зеленого Дома будет продолжаться бесконечно? Уверяю вас, королева, чудов не устраивает текущее положение дел.

Ее величество изволило вспыхнуть… И тут же взять себя в руки.

— Я не вижу радости на твоем лице, Сантьяга, — процедила она. — Ты добился, чего хотел…

— Я? — изумился комиссар. — Я хотел, чтобы вся добыча, доставшаяся Великим Домам после кризиса Кадаф, была собрана в Цитадели.

— Теперь она собрана в Замке. Какая разница?

— Разница в том, что Темный Двор не планировал использовать лабораторию по производству «стима», — хладнокровно объяснил Сантьяга. — И мы бы никогда не пошли на сделку с гиперборейцами.

— Сослагательные наклонения оставь при себе! — яростно выкрикнула королева. — Твое невмешательство привело к войне! В каждой капле крови, пролитой дружинниками, есть вина Темного Двора!

Комиссар предупреждающе поднял вверх указательный палец:

— Ваше величество, я прекрасно понимаю, что события последних часов не могли не вызвать у вас некоторого расстройства.

— С союзником, — серьезно кивнул Сантьяга. — Вы правы, Всеслава, мы добились чего хотели: Зеленый Дом лишился лаборатории, и с этой стороны Тайному Городу перестала угрожать опасность.

— Мы занимаемся этим весь день.

— И не очень-то преуспели.

Королева закусила губу:

— Мы здорово потрепали гиперборейцев.

— Но в бой еще не вступала гвардия, — напомнил комиссар. — А она, при всех достоинствах тварей Кадаф, является главной силой Ордена.

— Поэтому великий магистр и не пускает ее в ход. — Всеслава выдержала паузу и горько вздохнула. — Надо признать, что с тактической точки зрения союз с тварями Кадаф стал для чудов находкой: они сумели нанести нам очень тяжелый урон, сохранив в неприкосновенности свои лучшие войска.

— Которые в самое ближайшее время окажутся под стенами Зеленого Дома, — закончил Сантьяга.

— Абсолютно. По нашим расчетам, в течение двух-трех часов вы увидите штандарты гвардии.

— Да… решающий, — комиссар слегка поморщился, но продолжил свою мысль. Правда, довольно скомканно: — После такого удара Орден сам запросит мира.