Наложницы ненависти

В отличие от Драконов они были верны длинным двуручным мечам, которыми с легкостью перерубали закованного в латы воина. Быстрые и подвижные рыцари ложи Мечей выполняли функцию сдерживания: расположившись вокруг стен, они зорко следили за тем, чтобы люды не предприняли неожиданную вылазку и не ударили во фланг нападающим. Резерв, почти треть гвардии, Гюнтер сгруппировал неподалеку от штабной палатки, около которой были собраны и маги, осуществляющие прикрытие штурма. Уверенный в собственных силах мастер войны не стал перебрасывать в Лосиный Остров ни василисков, ни мантикор, ни единорогов, ограничившись лишь пятью драконами.

— Сила! — повторил Шайне. — Сила!! Для моей армии нет преград!!

Теодор искоса взглянул на возбужденного Гюнтера, на мгновение задержал взгляд на темных солнцезащитных очках, которые капитан, несмотря на ночное время, нацепил на нос, но промолчал.

— Горнисты! Подайте сигнал готовности!!

— Может, оповестим войска скрытно? — немедленно предложил ле Ман, но Шайне небрежно махнул рукой.

— Мы никого не боимся, мой друг, никого! Пусть люды знают, что их ждет!

— Клянусь ленью Спящего, как можно возиться так долго? — Разъяренный лейтенант топнул ногой на неповоротливого гвардейца. — Горнисты передали готовность!

— Слышал, слышал, — рыцарь торопливо затягивал подпругу на драконе. — Десять секунд, и все будет в порядке.

— Разленились за мирное время! Лишний вес набрали! Ну, погодите! Победим зеленых, вы у меня еще побегаете на ночных тревогах!! Вы у меня узнаете, что такое гвардия!!

Командующий драконами лейтенант был старым служакой и не давал своим подчиненным спуску.

Недостатка ночных тревог и внезапных проверок в этом подразделении не замечалось.

— Я готов, командир! — Рыцарь взлетел в седло, и одновременно горнисты заиграли атаку.

— Отлично! — Лейтенант резко дернул поводья своего дракона и неожиданно улыбнулся. — Не подведите, сынки, великий магистр хочет взять дворец до рассвета! В бой!

Могучие твари тяжело взмыли в воздух.

— Они пошли на штурм!

Стоящая на башне Всеслава чувствовала, каждой клеточкой чувствовала лихорадочное возбуждение, охватившее ее подданных.

Чувствовала и переполнялась гордостью за свой народ: ни паники, ни страха, ни мысли об отступлении. Каждый защитник Зеленого Дома понимал, что судьба древней цивилизации решается здесь, на этих стенах. И каждый защитник Зеленого Дома был готов умереть, но не отступить.

Железные шеренги Ордена подходили к стенам дворца с ужасающей неторопливостью.