Наложницы ненависти

Потерявшие оружие выхватывали ножи и кинжалы, бросались на врага с голыми руками, стараясь задушить, разорвать, выдавить глаза… Представители тысячелетних цивилизаций были похожи на выпущенных из клетки диких зверей, рычание которых заглушало боевые кличи и стоны.

— Где же гарки?! — не выдержала Снежана. — Мы же погибаем!

«Мы же погибаем!» — Слова молодой жрицы ножом резанули по сердцу Всеславы.

«Зачем нужна эта самоубийственная атака?» Невысказанный вопрос висел в воздухе, но никто, ни Милана, ни барон Мечеслав, ни жрицы, которым королева рассказывала план битвы, никто из них не задал его.

«Зачем?! Зачем? Зачем…»

«Это плата», — коротко ответил Сантьяга Всеславе во время аудиенции.

Королева знала, что ответ будет именно таким. Она готова была упасть на колени перед навом, просить, нет, умолять, чтобы комиссар изменил условия. Но понимала, что это бессмысленно. В разное время в черных глазах Сантьяги можно было увидеть веселье и раздражение, иногда сочувствие, жалость — никогда.

Поэтому Всеслава даже не шелохнулась. Она выдержала паузу и очень четко, очень обдуманно и едва не по слогам произнесла:

«Я думала, мы вполне заплатили потерями во время атак гиперборейцев».

«Тварям Азаг-Тота вы платили за свою гордыню, — невозмутимо ответил комиссар Темного Двора. — А вылазкой рассчитаетесь за нашу помощь».

И кровь дружинников потекла рекой.

— Ваше величество, — Снежана едва не плакала, — где же гарки?

— Они придут, — спокойно ответила Всеслава, бесстрастно наблюдая, как гибнут ее подданные.

Всеслава не успела перебить или прикрикнуть на молоденькую жрицу: за спинами увлеченных атакой чудов завертелись вихри многочисленных порталов.

…кризис способен полностью разрушить общество, которое мы оберегали многие тысячи лет…

…агрессия в отношении Великого Дома Людь нарушает все договоренности, достигнутые между Великими Домами по проблематике Кадаф…

…и в свете серьезнейших опасений за судьбу всего Тайного Города…

…после длительных колебаний мы поняли, что не имеем права оставаться в стороне и не вступить в борьбу…

Я принял решение объявить войну Великому Дому Чудь, о чем, согласно установленным в Кодексе правилам, заранее оповещаю Орден…»

Как позже подсчитали аналитики, гвардия великого магистра понесла основные потери в течение первых двух минут атаки войск Темного Двора.