Наложницы ненависти

По сообщениям пресс-службы Московского управления полиции, руководитель преступной организации, бывший депутат Государственной думы Езас Крысаулас дает показания, которые привели к массовым облавам в ночных клубах и…»

«Наблюдатели с тревогой отмечают наметившееся в Тайном Городе похолодание, которое возникло сразу же после триумфального решения проблемы тварей Кадаф. Напомним, что благодаря консолидированным усилиям всех Великих Домов боевым магам удалось ликвидировать вырвавшегося из Глубокого Бестиария Ктулху, погонщика рабов Азаг-Тота, и перерожденную наложницу Великого Господина Веронику Пономареву.

Однако в настоящее время имеют место серьезные разногласия между Орденом и Зеленым Домом, суть которых до конца не ясна…»

Конференц-зал Зеленого Дома был полон. С одной стороны большого стола, протянувшегося вдоль всего помещения, разместились семь жриц, величавых и немного чванливых, какими и должны быть высшие маги Великого Дома. Их одинаковые и очень простые зеленые платья приятно гармонировали с обтягивающим стены оливковым шелком.

Напротив жриц важно расселись семь баронов, управляющих доменами Зеленого Дома. Кряжистые, белокурые, с одинаковыми мутно-зелеными глазами, они по обыкновению хмурились, всем своим видом показывая, что без их слова ни одно решение не будет принято. В Великом Доме Людь способности к магии проявлялись только у женщин, верховная власть, таким образом, также находилась в их руках, и баронов вечно терзали подозрения, что их присутствие на советах не более чем дань традиции. В обычных случаях так и происходило, но сегодняшний вопрос был необычайно важен, а потому королеву Всеславу, занимавшую кресло во главе стола, на самом деле интересовало мнение каждого члена совета. Именно поэтому она приказала провести совещание не как обычно в тронном зале, а в этом помещении, надеясь, что деловая атмосфера позволит членам совета раскрепоститься и настроиться наилучшим образом.

Ведь ошибиться было нельзя.

— Таким образом, мы не можем и дальше тянуть время, — подвела итог воевода дружины Дочерей Журавля Милана.

 — Орден настаивает на немедленных объяснениях, и наше молчание только выведет рыжих из себя. Надо принимать решение.

Воевода поклонилась повелительнице и заняла свое место.

— Чуды закусили удила, — осторожно произнесла Мирослава, самая старая жрица Зеленого Дома. — Осознание собственной мощи ударило им в головы.

— Рыжие забыли, что имеют дело с Великим Домом, — добавил барон Станислав.