Наложницы ненависти

— Вы упустили из виду, что в данном случае первый эшелон будут составлять твари Кадаф, — напомнил комиссар. — Чудам потребуется время на то, чтобы: во-первых, окончательно убедить себя в правильности принятого решения, во-вторых, договориться с Вероникой Пономаревой, в-третьих, предъявить ультиматум Зеленому Дому и попытаться склонить общественное мнение на свою сторону, в-четвертых, вытащить из Глубокого Бестиария кого-нибудь из иерархов Кадаф и разработать совместно с ним план кампании. Только после этого рыцари откроют большие врата, отправят ублюдков Азаг-Тота против зеленых и приступят к мобилизации собственных вооруженных сил.

 — Сантьяга задумчиво посмотрел куда-то в потолок. — К тому же великий магистр наверняка захочет собрать в Замке всех перерожденных наложниц Азаг-Тота, а это требует времени.

— Ты излагаешь так, как бы ты действовал в подобной ситуации, — недовольно заметил советник. — Рыцари думают по-другому. И не забывай, что при твоем варианте развития событий теряется внезапность удара!

— Согласно Кодексу, Великие Дома не имеют права нападать внезапно, — парировал комиссар.

 — И не забывайте, что люды понятия не имеют о том, что гиперборейская ведьма сдалась Ордену. Об этом известно только нам. Мы же дождемся ультиматума чудов и выпустим свое, очень миролюбивое и невнятное заявление, услышав которое зеленые никогда не поверят, что рыцари рискнут напасть в одиночку. Наблюдатели людов будут отслеживать мобилизацию гвардии, и появление тварей Кадаф станет для них крайне неприятным сюрпризом.

Советник пробубнил себе под нос несколько фраз, но замолчал, признавая правоту Сантьяги.

— Я думаю, никто не будет спорить, — глухо подытожил князь, — что комиссар контролирует ситуацию в Тайном Городе. Он понимает стоящую перед ним задачу и готов к ее решению. Не будем мешать ему.

Дружные покачивания капюшонов показали, что советники в целом разделяют мнение своего повелителя.

— Темный Двор вне игры! — Магистр ложи Саламандры выкрикнул эту фразу сразу же, как погас экран, но лидеры Чуди не обратили особого внимания на несдержанность Вальдемара Балота.

Лишь легкая тень неудовольствия скользнула по лицу Леонарда де Сент-Каре.

— Что именно в словах князя позволило вам сделать подобный вывод, магистр? — очень официально поинтересовался Франц.

— Надо было внимательно слушать беседу, — скривился Балота. — Навы не хотят эскалации конфликта.