Нам нельзя (СИ)

Потом смотрит на сына и представляет нас: — Марина, старшая сестра Ольги, — он указывает на тетю. — А это у нас Элла. Я тебе рассказывал про нее.

Вмиг к моему лицу приливает краска. Рассказывал? Не верю собственным ушам, но по тому, как скользит по моей коже взгляд Арсения, догадываюсь, что Самойлов не лжет. Он действительно заочно познакомил своего сына с дочерью новой жены. Вот бы еще меня предупреждали.

— Привет, — шепчу дрогнувшими от гнева губами.

Арсений игнорирует меня, демонстративно оборачиваясь к отцу.

Теперь я любуюсь его затылком и могу убедиться, что фотографии из соцсетей не лгут. Он хорош со всех ракурсов. Широкие плечи, крепкая спина, которую обтягивает синяя футболка, хотя выбор для семейного ужина в ресторане сомнителен. Возможно, это такой бунт. Выражать себя через одежду. Я ведь поступаю точно так же, уничтожая подаренное платье и выбирая блёклый наряд монашки.

— Вчера мы не видели тебя на свадьбе, — произносит тетя, уставившись на парня.

Он определенно ей нравится. Она вообще любит, когда кто-то досаждает моей матери.

— Потому что я не приходил, — пожимает плечами Арсений, подзывая официанта. Он-то опоздал и все, что есть на столе для него, так пустой бокал.

Тетя изумленно изгибает бровь. Ей интересно знать причину, хотя я догадываюсь, что она и так все понимает. Арсений против брака отца и моей матери. Разве что слепец этого не увидит.

— Не люблю свадьбы, — продолжает говорить парень, когда на него недвусмысленно смотрит отец.

Явно Самойлов-старший не рад, каким тоном отвечает Арсений.

— У нас был уговор, — продолжает отвечать за сына Станислав Валерьевич, тем самым давая понять, что не стоит продолжать тему. — Но на ужин ты все-таки приехал.

— У нас был уговор, — пародирует его Арсений, увлеченно делая заказ. Когда в его бокал наливают вина, он хитро ухмыляется и неожиданно смотрит на меня. — Наверное, я пропустил пару тостов?

Качаю головой так, будто он спрашивает меня.

Вот еще не хватало, чтобы Арсений обращал на меня внимание. Быть тенью — мой план на этот ужин, но если он начнет обращаться ко мне по поводу и без, лишь бы позлить старших, мои нервные клетки достигнут предела накаливания.

— Ну, раз нет, — тем временем продолжает говорить Арсений, уже оборачиваясь к моей матери, — тогда я буду первым. За самую прекрасную невесту на свете. Я счастлив, что вы, Ольга, теперь позаботитесь о моем старике.