Нам нельзя (СИ)

Тетя едва не давится от смеха, мама, выпучив глаза, смотрит на обретенного родственника, а Самойлов для меня, как закрытая книга — его лицо вообще ничего не выражает, и только сам Арсений чертовски горд собой. Вроде бы ничего плохого не сказал, даже комплиментов отсыпал моей маме, да и отца ласковым «о моем старике» отозвался, но я чувствую, как воздух накаляется. Арсений еще попортит им кровь, и мне бы порадоваться за такого «родственника», ведь будет кому потрепать нервы моей маме, но я все равно опасаюсь его.

Не знаю, что именно, но чувствую нечто плохое, исходящее от парня.

Нечто такое, отчего дышать становится тяжело, особенно когда он сидит буквально в сантиметрах от меня, и я могу почувствовать его запах, ощутить некую вибрацию, которая исходит от парня. Он зол. Он в бешенстве, но держит эмоции под контролем, хлестко ударяя отца и его новую жену. Он умеет играть по взрослым правилам. Мне же только предстоит научиться этому искусству. А ведь у нас разница в возрасте чуть меньше года. Всего-то! А такая колоссальная пропасть.

Наверное, я завидую ему. Арсений может постоять за себя, а все, что могу сделать я, так молча отсиживаться и стараться не привлекать чужого внимания. Хотя кого я обманываю! Арсений уже знает обо мне все. Я уже в поле его зрения. И если судьба сведет нас вновь, то он точно оторвется и на мне.

Какой же сегодня дерьмовый день.

— А он хорош, — блаженно тянет тетя, скидывая туфли с опухших ног.

Я кошусь в ее сторону, едва подавив отвращение. Так и знала, что ее повеселит сегодняшнее представление.

Тетя приподнимает веки и смотрит на меня так, будто я совсем дура. Ну, возможно, так и есть, раз до сих пор позволяю ей считать меня несмышленой малышкой. В какие-то моменты такая «глупость» меня здорово спасает.

— Этот парень. Арсений, кажется.

Она произносит его имя, немного призадумавшись, но я-то понимаю, что она прекрасно помнит не только его имя, но и где парень учится, чем занимается. Ведь за весь вечер тетя изрядно его допытывала своими вопросами. Она слишком любознательна.

В свои сорок три пора бы набраться терпения, но тетя живет по своим правилам, и плевать ей на весь белый свет. Но, с другой стороны, благодаря ее вопросам, которые беспардонно сыпались на Арсения, я кое-что усвоила для себя. Если нам и предстоит в будущем пересекаться на каких-нибудь семейных праздниках, я буду лучше знать парня. Точнее то, что он круто притворяется тем, за кого его хочет принимать Самойлов-старший и кем Самойлов-младший не хочет быть.