Намбандзин (СИ)

Дальше одна колонна двинулся захватывать замок Васидзу, вторая — Марунэ, а Имагава Ёсимото с армией тысяч в пять человек остался километрах в двенадцати от нас на холме в долине Окэхадзамэ праздновать первые победы и рассматривать головы убитых врагов."

"Мы получили это сообщение от синоби часов в десять утра неподалеку от замка Дзэндэндзи, когда спешили на помощь замку Одака. Предательство коменданта взбесило Оду Нобунагу. Может быть, в ином случае он бы вернулся в свою резиденцию и там дал генеральное сражение, но теперь любое отступление воспринималось бы, как трусость, и количество перебежчиков росло бы по экспоненте.

Наверное, вспомнил он и то, как одним ударом расправился с армией Сайто Ёситацу

— Мы нападем на лагерь Имагавы Ёсимото! — поменял план Ода Нобунага.

Отправив обоз в Дзэндэндзи, налегке устремились к долине Окэхадзамэ. К моему удивлению, наш враг не вел разведку вообще. То ли Имагава Ёсимото решил сэкономить деньги, то ли не сомневался в победе, но мы знали о каждом его шаге, даже незначительном, а он проспал наши главные.

Впрочем, может быть, разведка была, но ленивая или слабо мотивированная, поэтому, когда начался дождь, спряталась в укрытиях, забив на обязанности.

Ливануло сразу после обеда. Это был отменный классический тайфун (по-японски тайфу — сильный ветер) с ветром метров до тридцати в секунду, который завывал, как огромная стая голодных волков, гнул к земле деревья, как травинки, и выдавал воду, как судовой пожарный шланг при высоком напоре, из-за чего почва быстро превращалась в липкую кашу.

Благо на дороге грунт был каменистый, идти было легко. По обе стороны ее росли деревья и кусты — не собьешься с пути. К тому же, ветер дул нам в спину. Воины шли или скакали, нагнувшись вперед. Асигару-тэппо таким способом еще и прикрывали пороховницы и фитили, спрятанные под доспехами на груди. За навощенные патроны не беспокоились. Мы двигались вперед, подгоняемые ветром и желанием побыстрее решить вопрос. Как угодно.

Уже через несколько минут я промок до нитки.

Сперва вытирал капли с лица, а потом стало всё равно. Я скакал, сгорбившись, наклонив голову и уставившись на мокрую, слипшуюся и потемневшую шерсть на шее коня. За стеной дождя все равно не видно ни черта дальше метров двадцати. По спине, проникнув под доспехи и одежду, тонкими струйками стекала прохладная вода, освежающая тело, упарившееся, пропотевшее ранее. Утешал себя мыслью: не повоюю, так помоюсь.

Ливень закончился так же внезапно, как и начался.