Наномашины, внучок! Том 2

Она просто хотела наказания для всех, кто это устроил. Но вот батя…

— Что с ней будет? – спросил он.

— Когда заявление напишете и показания дадите – ничего хорошего. Либо четыре года, либо семидесятикратный штраф от взятки.

— То есть, дело ещё не начато? Несмотря на все слова? И она не подозреваемая?

— Пока это просто слова, - не двузначно пожал плечами Тихонов.

А-а-а-ах ты морда полицейская! Ах скотина! Я думал он вообще непоколебимая машина закона! Но даже у него есть совесть!

Дело он не начал.

Пха! Ну конечно. А то что мы буквально в участке и говорим под запись – это так, показалось, да? Да не хочет он её так сильно сажать! Хотел бы – запаковал, возможность есть. Но нет, он даёт нам выбор.

И мы должны выбирать. Должны… решить её судьбу.

Отец посмотрел на меня.

Да. Точно. Всё это связано со мной, и всё будет так, как решу я. И вопрос лишь в том… а чего хочу я?

Хочу ли я такого наказания для человека сожалеющего и сознавшегося? Да дура она. Молодая дура! Повелась на деньги, и теперь сильно сожалеет!

Но даже так, она единственная кто сознался.

Я вижу по её глазам, как съедает её совесть.

Она заслуживает наказания. Безусловно. Я не ангел и быть им не хочу. Но какого?

— Я… хочу облегчить ей наказание, - я нарушил гробовую тишину.

Девушка резко вскинула голову и посмотрела на меня. Тихонов не пошевелился, разглядывая свои пальцы.

— Уверен? – спросил отец.

— Некотолые достойны втолого шанса, даже если не плавы.

В прошлом я был никому не нужен.

Все меня либо боялись, либо ненавидели.

Но мне выпал второй шанс. На любовь, друзей, семью. На счастливую жизнь. Уж кому как не мне ценить возможность всё исправить?

И кем я буду, если, получив второй шанс, не буду давать его другим?

Может я пожалею. Может это детский поступок. Но сейчас я хочу разорвать этот круг ненависти и сожалений.

— Что-ж, тогда пишите заявления и все претензии, – поднялся Тихонов, - А вы, гражданочка – езжайте домой. Сколько, говорите, взяли? Миллион? Ну сколько найдём, столько и запишем.

Девушка с шоком посмотрела на Тихонова. Она не верила. Свет вернулся в её глаза, а дыхание замерло, будто боясь спугнуть то, что происходит.

Она прикрыла дрожащие губы руками и, взглянув на меня…

— Спасибо…, - прошептала она.

Ай, дура ты, что с тебя взять. И я дурак. Ну и чё теперь, обоим страдать? Всё хорошо, что хорошо…

«Кх!», - я поперхнулся внезапному покалыванию в голове.