Наперекор всему (СИ)

Глеб отвечал односложно и все отрицал, как партизан на допросе.

Пользуясь тем, что любимый занят и под присмотром, Ник сбегал на первый этаж, глотнуть кофе и позвонить отцу. Очень хотелось взять для Глеба что-нибудь вкусное, но здравый смысл одержал победу над желаниями.

- Пап, у нас проблемы, — с ходу сообщил Ник, едва отец взял трубку. — Гутенберг настаивает на операции.

- Раз настаивает, значит, так надо, — голос у Иосифа Нахимовича оставался абсолютно бесстрастным. — Что Глеб?

- Сживает со свету всех, кого видит.

Это для него обычное поведение в стрессовой ситуации.

- Да, я в курсе. А ты когда успел его так хорошо изучить?

- Ну мы же работаем вместе, — выкрутился Ник, мысленно ругая себя за излишнюю болтливость.

- Во сколько операция?

- Удобнее времени не нашлось? Почему не с утра?

- Я не знаю, так назначили. Пока анализы, потом у Гутенберга еще какой-то спортсмен на сегодня. А что, имеет значение? – насторожился Ник.

- Да как тебе сказать. В ночь получается, — протянул Иосиф Нахимович.

– От наркоза до утра отходить будет, готовься сегодня не спать. Ладно, я к пяти подъеду.

Ник отложил телефон, расплатился за кофе и вышел на улицу покурить. Никогда он не напрягал родителя, всегда решал свои проблемы сам, даже вляпываясь серьезно, как тогда с наркотиками. А теперь вот рад, как ребенок, что отец приедет. И пусть от него ничего не зависит, но хоть просто не сидеть одному в четырех стенах, пока Глеба будут оперировать.

Нет, об этом даже думать невозможно.

Вот как сейчас возвращаться к нему, мило улыбаться и делать вид, что все в порядке, когда выть хочется? А лучше бы напиться, в хлам, отключиться и проснуться, когда все будет хорошо.

Так, Никита Иосифович, мать твою. Быстро собрался, позвонил Ирме и вернулся к любимому, излучать спокойствие и уверенность. Психотерапевт ты или кто? Черт, ведь говорили им в институте — своих лечить нельзя. Категорически нельзя, ни тело, ни душу. Гутенбергу вон хорошо, для него это просто рядовая операция, рабочий момент, ежедневная реальность.

Так, Ирма. С ней что делать? Вообще-то Глеб сам должен звонить своей благоверной. Но он сейчас в таком настроении, что звонить никому не будет. А она ведь там тоже с ума сходит. Мда, интересно порой бывает в жизни: любовь к Глебу должна бы их разъединять, а в последнее время только сближает. Общие проблемы, общие тревоги. Общая головная боль под именем Глеб Немов.

Бодрый тон как раз на Ирме и отрепетировал.