Напиши обо мне роман

Ты же читала книги, смотрела фильмы про любовь и орала героиням — дура, вот она, твоя любовь, хватай, держи, это твое! Скажешь, нет?

— Почему же сейчас ты готова меня отпустить?

— А почему ты готов уйти?

На этот раз промолчал он. Смотрел на меня, не отрываясь, и колдовская зелень выцветала в его глазах.

— Ты не говоришь — не женюсь, я тебя люблю. Ты говоришь — не женюсь на ней, женюсь на тебе. Тебе же пофиг — она или я. Я лишь чуть предпочтительней.

— Таким «мое» не бывает. Я хочу настоящее мое.

— Тебе сколько лет, Алис, чтобы так выпендриваться? Это — и есть настоящее! Остальное — сказки!

— Ром. — Я села, уперлась ладонями ему в грудь и очень серьезно сказала. Из самой глубины себя. Как будто заказывала судьбу, а не спорила с подлецом в ночь мальчишника после того, как он изменил невесте. — Мне надо — мое. Это значит — во всем мое. Даже если такого не существует, понимаешь?

Он стянул с меня покрывало, накрыл ладонями грудь, провел ими вниз, до бедер, пересадил меня на себя.

Нажал, заставляя впустить его в себя.

Я качнулась, закрыв глаза.

Он переломал меня всю, заставив любить даже позу, которую я всю жизнь терпеть не могла. Переделал меня под себя.

Мне было мало — его. Такого, как есть.

Мне был нужен он — но такой, которого не существует.

— Алис-с-с-са… — его руки управляли мной, заставляли приподниматься и опускаться, чувствуя жар, заполняющий меня изнутри. — Алиса, как я буду без тебя? Ты на вкус, как сок одуванчика — горькая, вяжущая.

— А она?.. — спросила я, злясь и ломая его ритм, задавая свой, отчаянный и быстрый. — Тебе хорошо с ней? С твоей невестой?

— Не ври! — я вонзила ногти в кожу на его груди, оставляя отметины в наследство той, что будет кричать под ним завтра. — Не ври, что не спал с ней!

— Она сладкая. С ней спокойно и предсказуемо.

— Вот и вся твоя любовь к сложностям. Выбор очевиден.

— Да ты… — возмутился он. — Я тебя чувствовал! Я знал, когда ты выйдешь из дома, когда позвонишь, где ты будешь! Я всегда знал, что ты скажешь, какое у тебя сейчас настроение, когда ты хотела есть и когда хотела меня!

Он сжал мои запястья пальцами так крепко, что и мне на память останется подарок после этой ночи — синяки.

Перевернул и жестко вдавил собой в кровать.