Напиши обо мне роман

Я обвила его ногами и руками, почти не давая двигаться, но от этого тугие, мучительные толчки чувствовались только острее.

— Ты вообще представляешь, чтобы в реальности происходила такая ебанина?! От этого можно сойти с ума!

— Ты и сошел! Ты псих! Ты!

Он кусал мои губы, я царапала его спину, и пока это все продолжалось — я жила, я чувствовала себя живой.

— Помнишь, ты обещал сделать для меня невозможное? Там, в пустыне… — прошептала я ему в шею, последний раз вдыхая его запах. — Сделай. Сделай так, чтобы мы никогда не встречались.

— Нет… — он подложил ладонь мне под голову, качнул ее, целуя меня глубоко и нежно. В последний раз. — Никогда. Лучше напиши обо мне свой роман. О нас. Напиши.

Говорят, самое страшное время — перед рассветом. В самый темный час ночи к человеку приходят потаенные страхи и скрываемая днем боль. Тяжелые приступы болезни случаются глубокой ночью, и умирают люди чаще в Час Волка, когда до восхода солнца остается совсем недолго.

Но это нормальные люди.

Для меня самым тяжелым временем всегда было утро.

Тот самый час, когда мир жаворонков, позавтракав, приняв душ и помахав на прощание близким, энергично мчится на работу.

Кипит жизнь, ругаются люди в автобусах, слушают подкасты по мотивации в пробках автомобилисты, а не проснувшиеся совы трясутся в вагонах метро, нервно вцепившись лапками в стаканчики с кофе.

Когда начинается новый прекрасный день.

Тогда-то тяжелее всего — возвращаться от любимого, но не любящего мужчины, пряча глаза за темными очками. Ехать в институт с похмелья, мечтая о бутылке холодной минералки. Выползать из ночного клуба, чувствуя опустошение и усталость.

Я не успела сбежать из гостиницы до рассвета, как положено тайной любовнице почти женатого мужчины — и была наказана десятибалльными московскими пробками, не оставившими шанса хорошенько поплакать в такси.

Промерзлый асфальт ложился под ноги дорогой в ледяной ад. Ветер замораживал чувства, и уж ему-то я была благодарна, как никогда.

Можно притвориться, что девушка просто вышла прогуляться по центру. Ну да, зимой. Ну да, утром. Ну да…

Я то прятала замерзшие пальцы в рукава куртки, то цеплялась ими за шершавые кирпичи зданий, холодные прутья заборов, облупленные перила моста над черной зимней рекой.