Нас просто не было. Книга вторая (СИ)

Поднимаюсь с дивана и иду в спальню.

   На пороге, приоткрыв дверь, стоит Олеся. Все такая помятая,теплая, румяная после сна. Видит меня и улыбается:

   – Ма-а-ама, – нежным детским голосом, выворачивая душу наизнанку.

   – Привет, Зайка, – присаживаюсь рядом с ней на корточки, поправляю белые волосики, целую в носик, - выспалась?

   Она что-то бубнит на своем малышовом языке,тянет ко мне ручки.

   Прячу поглубже свое состояние, чтобы не напугать и не расстроить ее. Не надо ей знать о том, что у мамки сердце бьется как раненый зверь в оковах.

   Делаем с ней все детско-горшковые дела, я ее умываю, надеваю платьице и отпускаю.

   Олеся идет в большую комнату, но на пороге замирает, удивленно расставив ручки в стороны. Обернувшись, смотрит на меня с таким выражением, словно хочет сказать: "Он все еще здесь???".

   Здесь, малышка, здесь. И он тебя не оставит, не бойся. Теперь я это знаю точно.

   Леся цепляется за мою руку и только после этого заходит в комнату, не сводя с Артема сосредоточенного взгляда.

   Усаживаю дочь на диван, между мной и отцом. Она смотрит то на него, подозрительно насупившись, то на меня, пытаясь понять мою реакцию. Ободряюще улыбаюсь ей, показывая, что бояться нечего.

   Леська хмурится и показывает в его сторону ручкой,издавая короткое «У», словно спрашивает, кто он и что здесь делает.

   Зорин смотрит а нее, не отрываясь,и у него такой взгляд, что не могу выдержать:

   – Я сейчас, - подорвавшись на ноги, торопливо иду на кухню.

   Прикрываю за собой дверь, и, зажав рот рукой, сползаю по стене вниз.

   Господи, да что же это такое?

   У них год украли. Безжалостно, хладнокровно лишили их друг друга. Круглова, с ее желанием отомстить мне за необдуманные слова и... я.

   Почему я поверила ей? Почему??? Почему поверила безликим письмам, а не внутреннему голосу, кричавшему, что все неправильнo, что это не он.

   Я дура. Я реально дура. Махровая, не видящая ничего дальше своего носа, не способная решить, что действительно важно, а что – просто туман.

   Нет никакой ничьи! У меня перевес в сотню баллов.

   В один миг все то, чем я гордилась, обращается в прах. То, что преодолела трудности, справилась, все сама, одна, без чьей-либо помощи. Маша не в счет.