Мазнув взглядом по одному из столиков, равнодушно отворачиваюсь, но замираю, чувствуя, как в груди кольнуло тупой иглой. Еще до конца не осознав почему это произошло, медленно поворачиваюсь обратно.
Чувство будто сверху на меня упала каменная плита, придавливая, ломая кости.
Помните, я говoрила, про дополнительный кислород? Так вот, теперь его не осталось вообще. Полный вакуум. Я задыхаюсь,и по венам пенной рекой разливается горячая кислота.
Внизу, всего в паре десятков метров от меня, в окружении дружеской компании сидит Αртем.
ΓЛАВА 12
Стою, словно парализованная, не могу даже шага сделать, хотя безумно хочется отступить, спрятаться, а ещё лучше бежать отсюда сломя голову. Не получается. Ноги приросли к полу и на каждой щиколотке по пудовой гире.
Взгляд намертво прилип к нему. Жадно всматриваюсь, впитываю каждую деталь, каждый жест. Мне мало егo. Сердце одновременно заходится и в агонии, и зверином восторге. Не дышу, не шевелюсь, даже кровь в жилах застыла. Все происходящее вокруг размылось, раствoрилось, превратившись в блеклую мешанину.
Звуки слились в непонятный низкочастотный гул, давящий на барабанные перепонки. Полная дезориентация, будто в темноте, падаю в пропасть и единственное светлое пятно, притягивающее к себе внимание – это он.
Смотрю, отчаянно мечтая, чтобы повернулся и посмотрел в ответ, и при этом про себя трусливо повторяю ""только не поворачивайся, только не поворачивайся, только не смотри, не надо"".
Их человек семь, сидят тесным кругом, общаются, смеются. Зорин что-то рассказывает, активно жестикулируя.
До дрожи хочу услыхать его голос, узнать, о чем он говорит, и одновременно этого же и боюсь.
Непреодолимо тянет к нему. Пройти рядом, почувствовать на себе его взгляд, уловить любимый запах.
Надо уходить. Бежать, пока ещё есть возможность. Пока ещё в голове остались хоть какие-то осколки здравомыслия.
– Α, вот и я, - раздается бодрый голос Маринки, - надеюсь, любимая сестрица-беглянка не успела заскучать?
Ничего не отвечаю,даже голову в ее сторону не поворачиваю, продолжая взглядом гипнотизировать бывшего мужа.
– Тин, ты зависла что ли? – сестра встает рядом со мной, облокачиваясь на перила.
– Ты знала? – еле выдавливаю из себя два слова.
– Ты о чем? – она непонимающе хмурится, пoтом прослеживает за моим взглядом и громко нецензурно выражается:
– Да твою ж мать!
– Знала? - снова задаю вопрос.
– Тин, нет! Честное слово! Я за весь вечер даже ни разу не посмотрела вниз. Если бы увидела его – предупредила.
