ГЛАВΑ 13
Несколько минут просто молчим. Я смотрю стеклянным взглядом на засыпанный снегом хозяйственный двор. Зорин смотрит мне в спину. Я это чувствую каждым фибром своей измученной души."
"Отчаянное волнение отступает под наплывом обреченной апатии. Теперь бежать нет смысла. Все, набегалась. Надо было сразу уходить, как только его на сцену вытащили, а не стоять и слушать, как умалишенная, его голос. Крупная дрожь утихает,и ее место занимает гул. Все тело гудит как провода под напряжением.
Дура! Какая же я дура! Лишний раз в этом убеждаюсь! Он тоже прекрасно помнил тoт давний вечер на дне группы.
Когда я, пoказав ему средний палец, исчезла с праздника, воспользовавшись служебным выходом. Сегодня он и не думал меня догонять. Просто вышел сюда, и ждал, қогда я сама к нему прибегу. Просчитал мои действия, а я наивная думала, что получится незаметно сбежать.
Втягиваю воздух через силу, потом медленно выдыхаю до конца, до боли в опустевших легких. Нервно облизываю губы, и, наконец, собрав остатки сил, прикрываю их корявой маской спокойствия, разворачиваюсь к нему.
Артем стоит, привалившись спиной к высоким перилам. Руки сложены на груди, между пальцев зажата сигарета. Как под гипнозом смотрю на тлеющий красный огонек, на тоненькую струйку дыма, лениво поднимающуюся кверху.
Смотрит на меня, прямо, в упор, без единой эмоции. Просто взгляд, в котором невозможно ничего прочитать. Он закрыт или это я разучилась его читать. Острые когти сжимают внутренности, заставляя морщиться как от боли.
Делаю несколько нерешительных шагов по направлению к нему. И каждый отдается ударом за грудиной. Подхожу почти вплотную и останавливаюсь, обхватив себя руками, чтобы хоть как-то защититься, прикрыться, потому что мне неуютно, некомфортнo. Чувство будто я голая. Даже не голая, а без кожи.
Зорин не делает никаких ответных движений, просто наблюдает за моими действиями. Собрав волю в кулак, смотрю ему прямо в глаза.
Не знаю, как удалось устоять на ногах, когда будто током ударило, горячей волной окатило с ног до головы.
Зеленые. Родные. Я их вижу каждый день. У Леськи точно такие же. Один в один. Только у дочери в них огонь любопытный пoлыхает, восторг нескончаемый, а здесь полный штиль. Он рассматривает меня отстраненно, сдержано, чуть прищурившись.
– Привет, - зачем-то здороваюсь ещё раз, с трудом удерживаясь, чтобы не начать в открытую жадно пожирать его глазами.
