Насекомые и волшебники, или Фотосессия

А чужой глупостью грех не воспользоваться! Как миленькие мне всё на блюдечке притащили! Правда, самая младшая была правильного воспитания, сначала всё не хотела в постель, её пришлось подстегнуть, чтоб согласилась, а потом всё ревела и говорила, что ни она мне не нужна, ни я ей не нужен, и зачем тогда это всё. Самая симпатичная из троих была, и грудь в порядке, и задница. Пришлось её сначала водичкой подпоить, а то ведь ни в какую не соглашалась, а потом угрожать, что всё расскажу её родителям, если не будет слушаться.

— Это та девушка, которая потом покончила с собой?

— Да вроде бы. Говорю же — глупая была. Подумаешь — мужиком больше или меньше!

— И что за водичка, которой вы её подпоили?

— А вот, — он с готовностью вытащил из внутреннего кармана пиджака обыкновенный пластиковый флакон, как будто из-под лекарства, небольшой, миллилитров на пятьдесят, с завинчивающейся крышкой. — Чудо-водичка, десять капель обеспечивают послушание объекта на два или даже три часа! Отличная разработка одной подпольной лаборатории!

— В самом деле, отлично, — Элоиза выдвинула нижний ящик стола, в котором лежали ручки, карандаши, листочки для записей и прочий канцелярский хлам, и строго взглянула на Джильи.

Он подошёл, и молча поставил. Сел обратно. Элоиза задвинула ящик, заперла на ключ и добавила мысленно формулу.

— Скажите, остальные члены команды кардинала в курсе о том, что вы делаете?

— Четверо. Тортора, Сассо и Куарта, — да-да, это наши всадники апокалипсиса. — И ещё Рокко Бальди, — а это тот самый, которого отшила Анна. — Остальные — мелочь под ногами, для ровного счета. Хотя Куарта говорит, что мы идиоты и что дела так не делаются, но он с нами работает в первый раз, и я скажу кардиналу Сторчио, что его надо уволить! Надо же, герой хренов, нашёлся тут — и женщин так использовать нельзя, и шантаж-то у нас грубый, и вообще здесь искать нечего! Раньше нужно было думать, когда денег захотел!

— А со мной вы как собирались поступить? — Элоиза прервала излияния Джильи по поводу дона Скорпионе.

— А чем вы отличаетесь от тех, про кого спрашивали? Да ничем. Две руки, две ноги, несколько дырок.