— Рита рассказывала о недавнем инциденте! — произносит он, возмущаясь. — Какой-то придурок напугал тебя!
— Да, было такое, — тут же киваю я. — Надеюсь, не испортила этим празднование.
— Всё в норме! Ты близко к сердцу не бери. Ритка сказала, что купила в супермаркете что-то попроще. Для молодежной компании сошло.
— Хорошо.
— Я волнуюсь за тебя, Саш. Может, поживешь с родителями? Одной, наверное, скучно? И психи всякие ходят!
— Если ты не возражаешь… я бы хотела продолжить жить в квартире… Могу платить аренду.
— Нет-нет! — вскидывает руки Давид.
— Коммуналки достаточно. Если хочешь, то живи, конечно. Я просто подумал, что тебе плохо находиться в одиночестве с воспоминаниями о Косте.
— Мне гораздо легче, — заверяю его. — Два года прошло."
"Возникает минутная заминка. Давиду приходит сообщение, он усмехается и что-то быстро печатает. Затем переводит взгляд на меня и смотрит так, будто успел забыть о моем существовании.
— Что-то еще, Саш? Мне надо перезвонить коллеге.
— Да, что-то еще. Одна маленькая просьба.
— Слушаю.
— Дело касается приюта. Его атаковали строители. Поставили железный фургончик, разгрузили там стройматериалы. Новый владелец завода дал нам месяц, чтобы исчезнуть. Но исчезать некуда.
Давид отрешенно слушает и периодически кивает.
— От меня что требуется?
— Возможно, вы пересекаетесь по работе и… ты не мог бы переговорить с Севером, чтобы он не трогал наш приют? Мы много места не занимаем.
— Ну как не занимаете, Саш, — ухмыляется Давид. — Территория у приюта приличная.
— И что нам делать? Костя бы очень расстроился, если бы узнал…
— Кости нет в живых, Саша. Так бывает. Не все в жизни легко складывается.
— То есть ты не поможешь?
— Извини, — разводит руками Давид. — Нам с Северовым предстоит тесное сотрудничество. Не хочу напрягать его такими пустяками.
Глава 12
* * *Давид уезжает на час раньше, сославшись на важную встречу.
Оправдывается перед отцом, чмокает в щеку жену и убегает. Ира растерянно хлопает ресницами и пытается скрыть раздражение, но не выдерживает и все же срывается на детей — двухгодовалую Анечку и пятилетнего Михаила, которого назвали в честь дедушки.
Малышка лезет ко мне на руки, я развлекаю ее игрой в ладушки. Аня заливисто смеется. Хорошенькая девчушка. Глазки изумрудные, точно как у отца. И у Кости. У всех Варламовых такие.
Для остальных вечер заканчивается в десятом часу.
Мы долго прощаемся, выходим на улицу. Холодно, я дрожать начинаю и тут же забираюсь в машину, которая не успела прогреться.
