Мама опускается на переднее сиденье. Ни слова не говорит, но судя по искрящему напряжению, которое царит в машине, она сильно злится. За то, что я ослушалась. Что влезла со своими животными туда, куда не просят. Кому они вообще нужны, правда? Пусть бродят по городу в поисках хоть какой-нибудь еды. Пусть становятся злыми и дикими. Пусть подохнут себе.
Ненавижу. Этот город. Этих людей. Эти вечера. Когда-то давно мы с Костей мечтали сбежать отсюда далеко-далеко, но теперь его нет. И возможности сделать это самостоятельно я больше не вижу.
Устало упираясь лбом в запотевшее стекло автомобиля, рисую на нем сердечко. Как-то совершенно не вовремя вспоминаю автомобиль Ивана. Дорогой, красивый, с салоном из светлой кожи. Мне кажется, у нас в городе и нет таких вовсе. Ни у кого.
Перед глазами мелькают небольшие одноэтажные дома и лес. Варламовы живут за городом. Хорошо живут. Когда я была совсем мелкой и несмышленой девчушкой, они казались почти святыми людьми, но с возрастом глаза открывались все шире и шире…
— Добилась своего? — не выдерживает мама.
— Радуйся. Нет.
— И зачем было лезть к занятому человеку?
— Мам, хватит. Я не хочу разговаривать на эту тему.
— Хватит, не хватит — это уж мне, а не тебе решать!
— Зоя, прекрати, — вклинивается отец. — Такой вечер портишь! Хорошо же посидели.
Мама бросает на него недовольный взгляд, но все же замолкает. Обычно с ее вздорным характером может справиться только папа.
Остальную часть дороги мы едем, слушая какие-то ретро-песни. Глаза слипаются, завтра на смену, а после работы я хотела заехать в приют.
Отец высаживает меня у подъезда и выходит на улицу. Провожает до самой двери. Чмокает в щеку и просит не дуться на мать. Она остынет, Давид поможет с работой. Все будет хорошо.
Утро в кондитерской начинается как обычно суматошно. Я прихожу на смену, переодеваюсь в рабочую одежду и связываю волосы в тугой пучок.
Таня успела вылечиться и не так давно вышла с больничного. С ней привычнее и комфортнее, чем со стажеркой, несмотря на то что мы не всегда ладим.
— Сашуль, вчера вечером, когда ты ушла со смены, приходил твой мужчина.
— Боже, хватит так его называть!
Я сразу же понимаю, о ком речь. И трясти начинает.
— Я не знаю его имени, поэтому не могу объяснить. Так понятнее вроде.
— Мужчину зовут Иваном. Не успела познакомиться?
— Нет, — пожимает плечами Таня. — Он заказал кофе и пончики. Спросил, работаешь ты или нет. Я ответила, что у тебя уже закончилась смена.
— М-м, ясно.
