Нашествие. Попаданец во времена Отечественной войны 1812 года

Караульные у входа не остановили. В коридоре дежурный офицер. Он ничего не спросил, увидев кожаную сумку с гербом, сразу провел в приемную. А здесь уже адъютант командующего принял пакет, скрылся за дверью. Выйдя через несколько минут, спросил:

– А что случилось с прежним гонцом?

– Пал смертью храбрых. На него напали трое французов, он отстреливался, мы на помощь пришли, но он получил смертельное ранение и умер на моих руках, увы!

– М-да, печально. Возвращайтесь в полк. Судя по форме, вы из егерского полка, подпрапорщик.

– Так точно. Как раз лазутчиками тогда были.

– Удачи! И да хранит вас Господь!

Лошади уже отдохнули, но все равно плелись едва-едва. Их накормить-напоить надо, любая живность требует еды. Особенно после серьезной нагрузки. Заехали в первый же полк, где на конюшне им задали по половине ведра овса, ведру воды. По пути попадались станции вроде ямских. Но они гражданские, польские. Командиры полков еще при пересечении полками Немана и границ других государств, предупредили:

– Не грабить, за взятое платить!

Между собой солдаты возмущались: французы, в их числе и корпус польский, грабили селян, отбирали провизию, корм для лошадей – овес, сено, при этом если и расплачивались, то фальшивыми деньгами.

А в Европе русским платить, видишь ли, надо! Ладно бы Польша была оккупированной, а то союзник Франции, причем по отношению к населению – жестокий, да и грабили поляки нещадно: что народ, что барские усадьбы, что церкви, что царские резиденции. Несправедливо! У русских обостренное чувство несправедливости в крови.

Пока лошади шумно цедили воду, хрумкали овсом, стемнело. Ночевать надо, иначе можно заблудиться и попасть к неприятелю. Кое-как собрали деньги, причем хозяин постоялого двора соглашался только на серебро, никаких бумажных ассигнаций! Но спали с комфортом, в тепле, на чистом белье и мягких перинах, не на соломе. Оба сопровождавших Алексея кавалериста восхищались:

– Живут же люди! Перины пуховые, на крышах черепица!

Да, Европа увиделась более зажиточной.

Между тем союзники решили поменять тактику. Наполеон еще был силен, и его корпуса возглавляли опытные генералы и маршалы – Ней, Даву. Потому решили нападать на отдельные полки Бонапарта, разбить их поодиночке. Основные действия пришлись на земли Пруссии и Саксонии. Наполеон направил группу войск маршала Удино на Берлин, в составе шестидесяти тысяч солдат при артиллерии. Против него союзники выставили армию шведского генерала Бернадотта в сто пятьдесят тысяч человек.