Нашествие. Попаданец во времена Отечественной войны 1812 года

Но меня принудили!

– Конечно! Под страхом смерти. Зайцев, запри дверь на засов и встань у окна, понаблюдай. Только аккуратно, чтобы тебя с улицы не заметили.

Знать бы еще, во сколько офицер приедет. Четкого времени наверняка нет, после службы, а она не от офицера зависит.

Девушку перенесли на кровать. Она со страхом смотрела на этих диких русских варваров. А и пусть, нечего визжать, как дисковая пила. Это еще счастье, что не услышали соседи и не прибежали узнать, в чем дело. Иначе на самом деле пришлось бы «работать» ножами.

Тогда и захват сорвется, чего бы не хотелось.

На печи стоял чугунок с похлебкой. Пахло аппетитно.

– Климов, посмотри, что там за варево. Пора перекусить.

Егерь запустил в чугунок ложку, отпробовал.

– Вкусно! Только постная.

– Поднимай хозяйку, развяжи, пусть угощает.

Вот чего не хватало, так это хлеба. Зато он был в шнобзаках. Получилось неплохо: ржаной хлебушек под хозяйскую горячую похлебку. Ели по очереди, потому что за улицей приглядывать надо. После еды Алексей поговорил с хозяйкой.

– Как француз придет, ведите себя как обычно. Ну, я не знаю – калитку откройте, дверь в конюшню, улыбайтесь. Убивать офицера мы не собираемся, заберем его с собой и навсегда исчезнем, как страшный сон.

Хозяйка кивнула в знак согласия. А куда ей деваться? Против трех вооруженных мужиков шансов нет.

Время тянулось медленно. Наконец за окнами раздался цокот копыт, стихший у ворот. Тут же Климов доложил:

– Офицер! Один! С лошади спрыгнул!

– Ну, ваш выход, мадам!

Алексей слегка подтолкнул хозяйку к двери.

Все же женщины – актрисы, учить не надо. Вышла, заулыбалась, тараторит на французском. Офицер лошадь под уздцы повел, хозяйка следом. Плохо, что из дома конюшня не видна, для окон – мертвая зона. Хозяйка о том знает, может воспользоваться. Но пока тихо. Алексей распорядился:

– Встаньте по обе стороны двери. Дернется офицерик – бейте по башке, но аккуратно. Нам пленный нужен, а не мертвяк.

На крыльце топот ног, разговор. Похоже, хозяйка офицеру ничего не сказала, иначе бы он снова сел на лошадь – и галопом за подмогой.

Соображает хозяйка, что власть французская уже ослабла и Наполеона разобьют. Если она сейчас русских сдаст, то это кончится для нее плачевно. Быстро просчитала!

Распахнулась дверь, с улыбкой на лице вошел француз. Увидев сидящего за столом Алексея с пистолетом в руке, замер в удивлении. Тотчас на него набросились с двух сторон егеря, повалили, сняли пояс с оружием – пистолетом в кобуре и саблей.