Нашествие. Попаданец во времена Отечественной войны 1812 года

– Вы к чему клоните, Павел Яковлевич? И генерала в плен взять? Насколько я знаю, он в корпусе Сен-Сира. Это как палкой в пчелиный улей тыкать.

На лице полковника тень разочарования. За пленного майора от штаба армии благодарность будет, а за дивизионного генерала либо орден, либо повышение по службе. Но и Алексей не всесилен, такой же смертный. Французов коалиция разобьет по-любому, он это из истории твердо знал. Алексею и прошедшей бессонной ночи хватило. Не каждый же день подвиги совершать, как Гераклу.

Почему-то вспомнились слова из «Песни оловянного солдатика»:

Вернулся с егерями без потерь, так не факт, что ежедневно судьбу вновь испытывать надо, она дама капризная, может отвернуться. Он и так, как стойкий оловянный солдатик, лез во все передряги, но удивительным образом ему везло. Многие офицеры не рисковали, не выбирались лишний раз к неприятельским позициям, обходили артиллерийские батареи французов стороной, но все равно погибали либо получали тяжелые ранения, становились инвалидами.

Потому егеря полка шли за Алексеем без колебаний. Почти всегда возвращались с группой Алексея без потерь. На войне удачливость много значит. Объяснить ее невозможно, но она была, Алексей сам убеждался многократно. А кто-то отсиживался в тылу, штабах, выбирался поближе к врагу вынужденно, раз в год, сопровождая высокое начальство, и получал осколочные ранения в живот.

Алексей иногда раздумывал над своим везением. Была версия, что везет, потому что он из другого времени.

Но почему тогда при вылазках в чужой тыл возвращались все лазутчики его группы? Вот это уже не поддавалось никаким объяснениям.

Алексей посидел еще немного в штабе, послушал майора через переводчика. Непонятно. Против Наполеона ополчилась вся Европа, в коалиции союзников самые сильные армии, а майор говорит, что французы верят в победу и что поражения лишь временные, случайные. Все же моральный настрой войска много значит, как и вера в главнокомандующего.

Численного превосходства не имеет ни одна сторона, и чашу весов может склонить даже мелочь.

О расстановке сил майор рассказал много, показал на карте. Но о планах Бонапарта он ничего не знал. В планы были посвящены лишь маршалы Наполеона, с ними он советовался. Но их у Бонапарта было всего три десятка, и пленить их не было никакой возможности. Маршалы командовали корпусами, крупными воинскими соединениями. И охраны там – как у бродячего пса блох.