Нашествие. Попаданец во времена Отечественной войны 1812 года

Воинственного пыла сразу поубавилось. А уже первый батальон на помощь дозору спешит. В живых остался один горец, раненный в плечо. Убежать не смог, ногу придавило упавшим убитым конем. Егеря вытащили, отобрали оружие – кинжал и саблю, подвели к полковнику. По-русски адыг не понимал, но при полковнике толмач был, переводчик из казаков, старожилов азовских.

Павел Яковлевич адыгу пальцем на убитых горцев показал.

– Со всеми так будет, кто на войска императора нападет. Я тебя отпускаю, иди в свой аул, передай мои слова вождю.

Мертвых пусть заберут, похоронят по вашему обычаю, но оружие мы себе оставим, чтобы против нас снова не обернулось. Будут еще нападения – перестреляем всех, слово русского офицера. Мало того, заберем ваших детей и отправим в русские семьи, не будет тогда адыгов. И еще. Хоть одному нашему убитому голову отрежут – пожалеете. Ваших убитых в свиные шкуры обернем, тогда они в райские кущи к своему аллаху не попадут. Ты меня понял?

Раненый адыг кивнул.

– Отпустите его, пусть идет.

А личный состав пусть соберет все оружие – сабли, кинжалы, ружья – и в обоз.

Кинжалы и сабли у многих горцев старинной работы, сделанные кубачинскими мастерами из Дагестана, либо и вовсе из дамасской стали. Таких кузнецов-оружейников уже по пальцам пересчитать можно. И хороший клинок стоил очень дорого. А ружья работы изысканной, с украшениями, резьбой, но гладкоствольные, замки зачастую еще фитильные, устаревшие. Такие ружья больше представляют ценность историческую, ибо еще и изношены изрядно.

С нашей стороны было несколько раненых, им помощь оказали. А трофеев собрали – на целую подводу. Причем полковник предложил офицерам:

– Как доберемся до лагеря, можете выбрать себе понравившееся оружие. Но предупреждаю: не для продажи местным башибузукам.

За трофеи казна уже не платила, как это было во французской кампании. Хоть и шли бои, но не война считалась, а усмирение и приведение к присяге, к мирному договору, вхождению в состав империи. Кстати, кабардинцы не воевали, вошли в Российскую империю мирно, получив защиту от воинствующих соседей.

Часть кабардинцев, как и осетин, приняли христианство.

Когда с задержкой из-за боестолкновения прибыли в лагерь, оборудованный прибывшей пехотной ротой, Алексей проследил за размещением егерей, потом пошел к обозу. А здесь уже офицеры полка рассматривают и выбирают трофейное оружие. Кто-то выбрал себе кинжал, его в полевых условиях использовать удобно – как оружие последнего шанса.