Нашествие. Попаданец во времена Отечественной войны 1812 года

Алексей не переставал удивляться: откуда вся эта шушера, накипь взялась? Причем в удручающе большом количестве. Неужели только страх перед законом, наказанием сдерживал? А как власти не стало, самые низменные инстинкты проявились? Алексей мог бы понять, если бы незваные гости ворвались в чужой дом с голодухи – хлеба отобрать, поесть щей, отнять крупу из запасов, сухари. Но зачем убивать, если прислуга сопротивления не оказала и оказать не могла? Даже французы не проявляли такой жестокости. Забрать ценности? Легко! Побить? Запросто! Но глотки резать?.

.

Наполеон уводил войско по Боровской дороге, где нетронутые войной места и шансов отобрать у населения продовольствие больше. И еще имел в виду: на Бородинском поле до сих пор не убраны и не похоронены трупы убитых и умерших от ран солдат и офицеров, лошадей. Зрелище ужасающее, оказывающее деморализующее влияние на армию. После битвы по полю прошли «трофейные команды», собрали оружие. А ранцы перед боем солдаты сами сдавали в обоз. Причем убитые во время боя французы, итальянцы, поляки, немцы и прочие так и остались, где погибли.

Раненых свозили лекари на повозках в близкий Полоцкий монастырь, где за первые десять дней после боя умерли три четверти из них – более двадцати тысяч человек.

Когда отступающая армия прошла места минувших боев, власти Москвы озаботились захоронением мертвых. Поле битвы поделили на участки, за каждым закрепили село. Трупы людей и лошадей приказано было сжечь или закопать в братских могилах. Работы начались 14 ноября 1812 года и велись до 6 мая 1813 года.

Трудились 6050 крестьян. Большую часть трупов сожгли, ибо долбить мерзлую землю не было никакой возможности. За работу платили по 50 копеек в день на работника и две чарки вина для согрева, потому как зима выдалась снежной и морозной. Из 37 386 человеческих тел и 36 931 конских трупов было погребено только 4050 людских и 8653 конских трупов. Остальные сожжены, для чего использовано 940 куб. саженей дров, на которые потратили 5636 рублей и 25 копеек, а на оплату работ крестьян ушло 11 669 рублей. Это не считая умерших в Полоцком монастыре. И весь путь отступления был усеян трупами. Одежда легкая на французах, к русской суровой зиме не приспособлена. Согреться негде, ни одна деревенька или село не могли вместить в избы эскадрон или полк. Замерзали даже на ходу, падали. Вот с взаимовыручкой у французов плохо было, зачастую не помогали, обходили упавшего и брели дальше. Впрочем, и сил помочь не было, сами едва держались.