Куда бы я не заходила, кто бы там ни был — сначала я вижу тебя. Первым. А если не вижу — начинаю искать.
Сердце застучало быстрее и кислорода стало чуть меньше, чем ожидаешь получить в цветущем саду. Кажется, я только что призналась в некоторой эмоциональной привязанности. И это было честно.
— Гэб, я все понимаю, не маленькая и не глупая. Можешь не беспокоиться — я согласна на метку.
Он хмыкнул. Еще раз. И заступил мне дорогу. Так как я шла, изучая носки своих туфель, то преграда несколько неожиданно возникла перед моим носом, и я чуть не уткнулась ему в грудь.
Только в последнюю секунду успела выставить руки.
И услышала над головой:
— Насчет метки — радует, но для меня более ценно то, что ты сказала перед этим. Чувствую себя счастливым мальчишкой. Холли, посмотри на меня, пожалуйста.
Я подняла голову и обнаружила его тревожаще близко. Гэбриэл стоял, чуть раскинув в стороны руки с пакетами, какой-то ждущий, напряженный и беспомощный одновременно.
— Я для тебя важен? Есть шанс, что ты поцелуешь меня сама? Ты никогда не целовала меня по своей воле.
Обычно тебя сначала надо поймать, потом немного обездвижить и после этого только что-то получается.
* * *Словно завороженная я смотрела на склоненное лицо, упрямый подбородок с ровным переходом в жесткую, резкой линии челюсть. И губы, на вид очень нежные, не такие розовые как у меня, но, наверное, ему бы это и не шло.
— Холли, нам еще целоваться на официальном объявлении и свадьбе. Давай потренируемся. Посмотри, у меня руки заняты, да я могу вообще не двигаться.
Поцелуй меня…
Насколько помню гипноз был у вампиров и какие-то там специальные заклинания у ведьм. Но Гэб тоже чем-то таким владел, потому что от последнего хрипловатого «Поцелуй…» у меня чуть не подогнулись коленки. А потом все получилось само собой.
Я потянулась, он тоже. И оказался свежим на вкус, бодрящий как родник в жару. Я хотела просто прикоснуться, но он как-то сам открылся, легко потерся губами о мои губы, и я нырнула сама.
Голову кружило. Приходилось прерываться, чтобы вдохнуть, но Гэб тут же прикасался приглашающе, трогал легко и остро кончиком языка, и я опять уплывала на волнах нежных и при этом каких-то интимно-откровенных поцелуев.
Он подальше убрал руки, и мне стало не хватать контакта, близости надежного тела, горячего древесно-пряного запаха. Я обхватила руками крепкую мужскую шею, притягивая свою добычу, и вспомнила как совсем недавно ему подставлялась ужасная, готовая на все девица.
Рычание.
