Четко и ясно просила появиться в назначенное время, а не за три часа до начала, Мэрдок его дери!
Глава 8. Тучи сгущаются
Веселый и сильный голос юного Николаса был слышен издалека. Я шла по траве быстро, насколько это возможно, стараясь не перейти в бег, и сжимала зубы, чувствуя, как злость переходит в смех.
— Леди, я же от души советую! Приобретите фитнес-трекер, кайфовая штука. Измерит вам пульс, давление. А если, не дай Аллах, грохнетесь где-нибудь по слабости, он за вас в ""Девять Один Один"" звякнет. Посмотрите, какая вы красная.
Следить надо за собой, в вашем-то возрасте!
Здоровый двухметровый детина, до этого времени державший наглеца под локоток, тут же схватил его за шкирку и поднял над землей. Под придушенный сип Спички, которому ворот рубашки передавил горло, леди Химена задумчиво произнесла:
— Вот скажите мне, кто из моих внуков оказался настолько оригинален, что пригласил на семейное торжество ЭТО? Я лично не помню, чтобы заносила некоего Николаса Мэрдока в списки гостей.
— Это мой приглашенный, — запыхавшись, сообщила я, подлетая к месту событий.
— В смысле — представитель со стороны моей семьи.
— Родных не выбирают, — прохрипел Спичка, болтая ногами и разводя в сторону руки в жесте «А ничего не поделаешь». — Мы еще и с жениховой стороны проверим, что у вас за фрукты.
— Да опустите вы его, — рявкнула я, наблюдая как краснеет лицо моего самоназванного родственника. А, судя по фамилии, он запросто мог им быть. Драконы женятся на людях и окружают себя родней, пусть и с каплей драконьей крови.
Мэрдок, скорее всего, не исключение. Будет весело, если Николас окажется и слугой, и каким-нибудь племянником в одном лице. Не удивлюсь.
У громилы поползли вверх брови, на ранее равнодушном лице проявилось нечто вроде изумления. Некоторые из охранников за спиной Химены тоже с интересом ко мне повернулись.
— Невеста, — скупо представила меня леди Глостер и кивнула здоровяку, подтверждая мои слова. Она бросила быстрый взгляд на меня и развернулась к внимательно слушающим оборотням.
— Пенелопа Холлирайя Августина Альба… наша дорогая дочь. Вы болели, когда Гэбриэл сделал свой выбор.
Говорила так, словно не только они болели, но и Гэб на всю голову хворал, когда меня выбрал.
— Уж недешевая точно. Готовьте кошельки, — припечатал Спичка, одергивая высоко задравшуюся светлую рубашку, из-под которой торчала ярко-красная футболка. — Девушки нашей семьи привыкли к достатку. Это вы, хвостом подпоясались, и вперед.
