Наследница (СИ)

Все же не десять слоев телепается на теле, и хоть как-то закреплено. — Если мою группу расформируют, то у него не останется выбора, кроме как стать приемным сыном Таволги, а те… Цветки Таволги уже рассказали бедняге, как невесело ему будет жить в их серпентарии. Страшные в Варде дети.

— Так, стоп-стоп, — Абаль легко, как фарфоровую куклу, развернул ее лицом к себе и испытующе уставился в глаза. На этот раз взгляд держался молодцом и не разу не сполз на ее грудь или губы. Ясмин бы восхитилась, если бы не неприятная тема.

 — Что значит расформируют твою группу? Закрытки этим годом не предусмотрены, а твои ученики стабильно в входят в двадцатку по всем ведомствам. Не лучшие, но планку держат хорошо. Ты же понимаешь, что риски составляюсь ежегодно и твоя группа ни разу в них не упоминалась?

Эм… Вообще-то нет. Не понимает.

— Тотем Таволги передал своих цветков мастеру Эгиру, — принялась объяснять Ясмин.

Минут пятнадцать она раскладывала интригу, из которой чудом дала деру, а Абаль мрачнел на глазах.

Поскольку Ясмин себя нахваливала, реакция Абаля вызывала возмущение.

Бледный, злой, под крыльями ресниц спряталась молния. Напряглись на шее жилы. Он поднял ее буквально одной рукой, усадил на стол, а после размашистым шагом прошёл к окну и резким взмахом прошёлся по трезвонящим цветам. Те сразу же заткнулись.

Абаль вернулся к Ясмин и наклонился вперед, расставив руки по бокам от ее бёдер.

Вообще-то ей не нравились такие замашки, но… С Абалем это не казалось ни пленом, ни ловушкой.

Скорее, убежищем.

— Хорошая реакция, — сказал он скупо. — Ты хотя бы понимаешь, какой беды избежала по чистой случайности?

Ясмин нахмурилась. Она, конечно, избежала расформирования группы. Трехкратного понижения и потери репутации. Но ведь избежала. К тому же теперь, рядом с Абалем, который так эффективно решил большинство ее проблем, она чувствовала себя приятно слабой. Все же есть что-то очень манящее в любви мужчины, облеченного властью."

"Ясмин, даже став популярной на профессиональном поприще, никогда не пользовалась таким очевидным инструментом.

Было бы так просто — сказать «реши за меня». Не хочу вникать во всю это вардовскую двусмысленную систему, замешанную на юридических обманках и социальных недомолвках. Помоги мне. Сделай за меня. Стань моим щитом на несколько минут-дней-лет. В глубине души, она чувствовала, что Абаль стал бы им.

Это был бы миг слабости, но очень приятный миг.

Ясмин стоило труда встряхнуться.