Получил по носу. И сейчас получит.
Она вошла в кабинет. На стуле для посетителей сидел ее бывший муж, худощавый мужчина в очках. Он был всего на полгода старше Саши, но мало кому могло прийти в голову, что они ровесники: потасканный вид, проплешины на голове, тусклый взгляд, желтые прокуренные зубы с червоточиной, впавшие щеки, сухая кожа выдавали в нем человека пожившего, пьющего, мало заботящегося о собственном здоровье. Рядом с бывшей женой он выглядел почти дедом.
— Привет! — холодно бросила Саша, пройдя мимо него к рабочему столу.
— У тебя ко мне дело? Излагай, но кратко, у меня мало… — Она не успела договорить, как зазвонило сразу несколько телефонов.
Бывший муж, уже привставший со стула, снова мешком осел и завистливо наблюдал, как Саша «разводит» трех телефонных собеседников:
— Сережа, у нас семнадцатого конференция, там и поговорим! Хорошо? Все, до свидания! Алло, добрый день… — сказала Саша в другую трубку. — Канал «Культура»?.. Да, у нас замечательный виолончельный квинтет… Хорошие ребята… Да, конечно, милости просим… Для вашей программы — всегда и с радостью… Переключаю вас на моего секретаря.
— Она нажала кнопку селектора, приложив к уху третью трубку. — Федор Игнатьевич, дорогой, жду вас завтра в пятнадцать тридцать… Не сомневаюсь, зная вашу пунктуальность… Берегите себя.
— Зачем пришел? — Саша выжидательно посмотрела на бывшего мужа.
— Соскучился… но вижу — не рада.
— Угадал. Встреча с тобой в мои планы не входила. Слушай, у меня мало времени.
— Ну конечно, конечно… завкафедрой! — с восхищением произнес он. — Бизнес-мьюзик-леди! До мужа ли?
— Бывшего мужа!
С нарастающим раздражением Саша молча смотрела на бывшего, нетерпеливо барабаня пальцами по столешнице.
— Че ж ты пашешь здесь по-черному? — удивленно спросил он. — Горишь на работе? У тебя ж, поди, после раздела папашкиного имущества добра… златые горы!!!
— А ты в мой карман, Никита, не заглядывай! — посоветовала ему Саша.
— Пробовал, — бывший вздохнул, — толку — ноль.
Могла бы эскизик какой… папашкин-то… завалященький… с барского плеча подкинуть! Натюрмортик… пейзажик… эти самые, как их, «Мишки в сосновом бору»…
— «Утро на Севере»… — Саша невесело рассмеялась. — А что бы ты с ним сделал?
— Я бы застеклил, на стенку повесил… — заверил Никита, — в красный угол определил, чтобы люди любовались.
— Недолго б «Мишки» у тебя провисели — загнал бы по дешевке.
— А отчего же по дешевке? — обиделся бывший.
